До настоящего времени сохранили свою значимость многие нормы и требования, которые предъявлялись к медицинскому работнику в эпоху Гиппократа и в эпоху Возрождения. Однако только во второй половине ХХ в., когда медицина стала особенно широко использовать достижения научно-технического прогресса, вплотную стал вопрос о необходимости знания и соблюдения каждым врачом норм медицинской этики, которую все чаще в этот период называют биоэтикой.

Ведущую роль в формировании биоэтики в 1970-90-е годы сыграли две причины. Первая - это про­гресс медико-биологических наук, применение новейших медицин­ских технологий. Вторая же причина находится вне медицины и да­же вне науки в целом. Это все большее распространение в совре­менном мире правозащитной идеологии. Успехи движений за права национальных меньшинств, женщин, инвалидов и т.д. изменили об­щественное сознание. В настоящее время все чаще судят о соци­альном развитии, цивилизованности какой-то страны по тому, как защищены в ней права человека Распространение этих идей на ме­дицину и стало второй причиной формирования биоэтики как нау­ки. Таким образом, биоэтика отражает ситуацию с правами чело­века в условиях современной медицинской практики. Важнейшая категория биоэтики - это категория прав пациента (испытуемого, донора, реципиента, умирающего больного и т.д.). Являясь прямым продолжением профессиональной медицинской этики, биоэтика в то же время есть особое направление со­временных философских, этических исследований. В русле этих ис­следований преимущественно осмысливаются морально-этические дилеммы, порожденные развитием медико-биологических наук в по­следнюю треть XX в.

Биоэтические исследования, прежде всего, сосредоточены на тех "проблемных ситуациях", которые возникают в связи с медицин­скими вмешательствами в процессы зарождения и умирания чело­века. Основные из этих "проблемных ситуаций" - искусственное оплодотворение; искусственный аборт; применение контрацептив­ных средств, в том числе - стерилизации; клонирование человека; состояния, возникающие при реанимации и интенсивной терапии (смерть мозга, стойкое вегетативное состояние и др.); эвтаназия; отказ умирающего больного от экстраординарных (всего лишь за­тягивающих умирание и потому этически необязательных) меди­цинских мероприятий и т.д. Точность термина "биоэтика", пред­ложенного Ван Роннселлер Поттером, здесь особенно убедительна.

В настоящее время имеются нормативные документы ВМА, каса­ющиеся практически всех биоэтических "проблемных ситуаций", ос­новных биоэтических вопросов (Декларация о планировании семьи, 1967; Сиднейская декларация относительно смерти, 1968; Декла­рация Осло о медицинском аборте, 1970; Декларация об эвтаназии, 1987 и т.д.). В этих документах с учетом глубочайшей морально-этической противоречивости каждой из "проблемных ситуаций" даются рекомендации, алгоритмы их разрешения. Это и есть нормы и стандарты современной медицинской этики. Биоэтика - это, не только про­фессиональная этика медицинских работников. Категория прав че­ловека имеет общегуманитарное содержание, представляя собой, образно говоря, "ось сознания" всего современного человечества. Поскольку эта же категория является важнейшей категорией био­этики (права пациента), содержание последней выходит далеко за рамки медицины. Многие биоэтические вопросы одновременно яв­ляются вопросами права, богословия, затрагивают политические ин­тересы и т.д. В современном обществе решением биоэтических во­просов занимаются не только профессиональные ассоциации меди­ков (ВМА, Совет международных медицинских научных обществ, Международный совет медицинских сестер и др.), но и комиссии, комите­ты ООН, ЮНЕСКО, Совета Европы, Пап­ский Совет по апостольству для работников здравоохранения и т.д. .

Биоэтика - это этика защиты жизни в условиях современной медицинской практи­ки (так сказать, "медицинской инженерии"), делающей возможным манипулирование человеческой жизнью, когда она только зарожда­ется, а также на самой последней стадии ее существования (верую­щие здесь скажут - "ее земного существования"). Другие направления биоэтических исследований связаны с прак­тикой биомедицинских экспериментов на людях, трансплантацией органов, применением методов медицинской генетики, оказанием психиатрической помощи и т.д.

Биоэтика рассматривается В. Р. Поттером как новая дисциплина, которая перекинет мост между точными и гуманитарными науками или, если быть более точным, мост между биологией и этикой, отсюда «биоэтика».

В. Р. Поттер в своем докладе говорил: «Итак, термин «биоэтика» следует понимать следующим образом.

1. Основное значение – мост в будущее.

2. Рабочее значение: биоэтика – мост (связующее звено) между различными дисциплинами.

Таким образом, сначала теория биоэтики возникла как интуитивное чувство, согласно которому долгосрочное выживание человечества как вида в нормальной и устойчивой цивилизации требует развития и поддержки системы этических норм. Такой системой является глобальная биоэтика, основанная на интуиции и разуме (логике), подкрепленных эмпирическими знаниями всех отраслей науки, но особенно биологии.

Предложенная система этики и сегодня остается краеугольным камнем теории биоэтики моста, но теория получила развитие и вошла в глобальную биоэтику, в которой функция связующего звена (моста) является необходимой для соединения медицинской этики и этики окружающей среды во всемирном масштабе, чтобы обеспечить выживание человечества.

Биоэтика, как и медицинская этика, осталась наукой о законах, принципах и правилах регулирования профессионального поведения медицинского работника, которая в условиях новых медицинских технологий позволяет не только использовать достижения научно-технического прогресса на благо человека, но и предупреждать практического врача, ученого-медика о недопустимости нанесения вреда человеку, его потомству, окружающему нас миру, заставляя испытывать невольное «благоговение перед Жизнью».

Существует и важное отличие биоэтики от традиционной медицинской этики. Медицинская этика в целом была этикой по преимуществу профессиональной, если не сказать корпоративной. Преобладающее внимание она уделяла правам и обязанностям врача по отношению к пациенту, а также нормативному регулированию взаимоотношений внутри медицинской профессии. Вмешательство непрофессионалов при этом если и допускалось, то сводилось к минимуму, к каким-то исключительным случаям. Предполагалось, что врач обладает всей полнотой не только специальной, но и этической компетенции. Быстрое развитие биоэтики свидетельствует о том, что ныне ситуация радикально и, очевидно, необратимо изменяется - этические вопросы медицины решаются не на корпоративной, а на иной, значительно более широкой основе с полноправным участием тех, кто представляет и выражает интересы пациента и его близких.

Безусловно, далеко не все в медицинском сообществе приветствуют такое вмешательство извне, воспринимая его как ограничение пределов собственной компетенции.

Однако наиболее прозорливые представители сообщества видят, что только в постоянном диалоге и взаимодействии с теми, кто, не являясь медиками по профессии, но, тем не менее, заинтересованы в сохранении и развитии гуманных традиций медицины может быть поддержано доверие общества к медицинской профессии. А доверие общества - такой моральный капитал, дефицит которого нельзя возместить никакими прагматическими действиями, скажем, «финансовыми вливаниями».

Как говорилось ранее, серьезным источником конфликтов и напряжений в обществе стало развитие науки, прежде всего - биомедицинской. На протяжении долгого времени сообщество ученых утверждало и отстаивало идеалы свободы научного исследования и собственной автономии в принятии ключевых решений.

В последние десятилетия, однако, под влиянием разного рода давлений - и финансово-экономических, и социально-политических - эти идеалы стали нередко подвергаться критике со стороны тех или иных, подчас весьма влиятельных, кругов общества, что, в свою очередь, послужило причиной и для их переосмысления. Научное сообщество, по сути дела, оказалось перед дилеммой: либо допустить всепроникающий контроль со стороны общества за своей деятельностью (очевидная опасность этого пути в том, что такой контроль почти неизбежно будет бюрократическим и некомпетентным), либо создать новые механизмы взаимодействия с обществом. Эти механизмы позволяли бы:

• а) эффективно демонстрировать обществу желание и способность ученых предвидеть и предотвращать неблагоприятные с социальной и человеческой точки зрения последствия новых научных решений и новых технологий;
• б) осуществлять социально-этическое регулирование исследовательской деятельности силами самого же научно-медицинского сообщества.

Формирование принципов морального регулирования научных исследований, которое не ограничивало бы свободу науки, но обеспечивало бы защиту прав и интересов граждан, является одной из важнейших задач биоэтики. Сегодня в понятие «биоэтика» включается и врачебная этика как таковая. Это означает, как отмечает Элио Сгречча (директор Института биоэтики в Риме), что биоэтика, не являясь в действительности дополнением к врачебной этике, сама выступает в качестве этики, связанной с вмешательством в жизненные процесс. Поэтому биоэтика должна восприниматься в самом широком значении этого термина, подразумевающем способность влиять на жизнь и здоровье человека.

В ведении биоэтики оказываются следующих четыре области:

• 1) этические проблемы медицинских профессий;
• 2) этические проблемы, возникающие в области исследований о человеке, включая и те, которые непосредственно к терапии не относятся;
• 3) социальные проблемы, связанные с политикой в области здравоохранения (государственной и международной), с трудовой медициной, с политикой планирования семьи и демографического контроля;
• 4) социальные проблемы, вызванные вмешательством человека в жизненные процессы других живых существ (растений, микроорганизмов и животных) и всего того, что относится к поддержанию равновесия экосистемы.

В качестве последнего предварительного замечания следует отметить, что теперь биоэтика как таковая представлена тремя ее видами:

• 1) общей биоэтикой, которая, занимаясь этическими основаниями, изучает изначальные ценности и принципы медицинской этики и документальные источники биоэтики (такие как международное право, профессиональная этика, законодательство);
• 2) специальной биоэтикой, анализирующей главные проблемы, рассматриваемые ею всегда в общем ключе как в медицинской, так и в биологической сферах и включающие в себя генную инженерию, аборт, эвтаназию, клиническое экспериментирование, трансплантологию и т. д. Эти центральные вопросы являются опорными колоннами общей биоэтики. Очевидно, решаться они должны в свете тех основ и моделей, которые этическая система принимает как ключевые и обоснованные этическим суждением. Таким образом, специальная биоэтика связывает свои решения с выводами общей биоэтики;
• 3) клинической биоэтикой, или биоэтикой решений на основе анализа конкретных случаев врачебной и клинической практики, исследующей ценности с которыми мы сталкиваемся, и те пути, на которых можно найти этически верную линию поведения, не изменяя этим ценностям. Поскольку в каждом отдельном случае оценку ситуации обуславливает выбор биоэтического принципа или критериев, клиническая биоэтика неотделима от общей биоэтики, хотя, в каждом конкретном случае всегда возникает множество аспектов, которые необходимо учитывать при нахождении этически выверенного решения.

В России, в данный момент курсы биоэтики формируются, как правило, на кафедрах философии, что связанно с особенностями метода исследования в биоэтике.

Метод исследования биоэтики не может строиться как индуктивный метод (когда нормы формируются на основании наблюдения над биологическими и социальными фактами), ни как просто дедуктивный метод (когда из принципов непосредственно выводится норма поведения). Поэтому метод биоэтических проблем должен представлять собой синтез результатов трехступенчатого анализа.

Прежде всего, необходимо изложение биомедицинского факта (такого, например, как возможность получения рекомбинантной ДНК или оплодотворение в пробирке) с научной достоверностью и точностью. От анализа указанного пункта следует перейти к углублению антропологического значения исследуемого нами явления, то есть к анализу того, какие ценности рассматриваются в связи с жизнью, с целостностью и достоинством человеческой личности. Это путь синтеза явно философского характера. Исходя из этого анализа, можно будет определить: какие ценности следует защищать, и какие нормы призваны служить опорой для действия и вовлеченных в действие лиц в индивидуальном и социальном плане. Принципы и нормы поведения должны быть соотнесены с тем центром, который представляет собой личность как ценность и ценности (жизнь, здоровье, личная ответственность) этой личности, которые имеют свою иерархическую гармонию. Решение подобных этических проблем требует привлечения философии человека во всей полноте. Также предложенные решения должны сопоставляться, насколько это возможно, с решениями, предложенными другими течениями мысли. Таким образом, не случайно, при отсутствии в ВУЗе специальной кафедры биоэтики, это дисциплина преподается на кафедре философии.

Мировая биоэтика обладает сегодня всеми чертами сложившейся и быстро развивающейся научной дисциплины - публикуется множество книг и учебников, имеется множество специальных дисциплинарных журналов, в университетах и медицинских колледжах существуют кафедры биоэтики, ведущие подготовку новых поколений специалистов, организуется бесчисленное количество семинаров, симпозиумов и конференций. Проводятся Всемирные конгрессы по биоэтике, помимо уже существующих, создаются все новые национальные и межнациональные научные организации биоэтического профиля.

Если в первые годы в сферу биоэтики шли специалисты, занимавшиеся ранее исследованиями в других областях знания, то теперь все больше становится тех, кто получил образование именно в этой сфере. Биоэтика трансформирует характер научной деятельности, формируя в «теле науки» новые «органы» - этические комитеты.

Биоэтика как новый тип знания

Елена Брызгалина

кандидат философских наук, заведующая кафедрой философии образования философского факультета МГУ, специалист по философским проблемам биологии и медицины.

В понятии «биоэтика» парадоксальным образом соединяется слово «био» («жизнь, живое») и «этика». Этика – это философское знание, раздел философской науки о морали, об общественном сознании, которое регулирует отношения между людьми с позиций добра и зла, должного и недолжного поведения.

Обычно считают, что биоэтика приходит на смену медицинской деонтологии. Термин «деонтология» был введен в XIX веке философом Бентамом для указания на то, что поведение людей должно подчиняться некоторым правилам. Эти правила, разработанные, например, для отдельных медицинских направлений, позволяют врачу, общаясь с пациентом, знать, какие действия медицинское сообщество считает правильными, должными, а какие действия запрещены.

Деонтология позволяла выстраивать не только отношения между врачом и пациентом, но и отношения внутри медицинских коллективов. Однако когда люди, в том числе врачи, принимают решения, связанные с конфликтами между разными ценностями, то им, как правило, мало, недостаточно просто оперировать к должному, люди хотят задумываться, что лежит в основе тех или иных норм.

Биоэтика возникает как попытка разработать в биомедицине ориентиры, следуя которым можно было бы предотвратить негативные последствия развития медико-биологических наук, использования медицинских технологий во вред как отдельному человеку, так и человечеству в целом.

Термин «биоэтика» впервые стал использоваться в литературе в самом начале 70-х годов XX века. Американский биохимик Поттер в своей работе «Биоэтика: мост в будущее» определил биоэтику как дисциплину, соединяющую биологические знания со знаниями о человеческих ценностях. До настоящего времени биоэтика используется как понятие, обозначающее особый тип знания, особую учебную дисциплину, социальный институт нового типа. Биоэтика как знание с 70-х по 90-е годы XX века развивалась как дисциплина описательная – она фиксировала коллизии, которые возникают между людьми, вынужденными принимать решение в ситуациях, жизненно важных для них или для другого человека, когда они были связаны с развитием медико-биологического знания. Например, когда у больного возникала просьба об эвтаназии, или когда исследователь занимался вивисекцией, или возникал вопрос об оправданности практики абортов.

С течением времени биоэтика начала переходить от описания к нормативному регулированию. Отличие заключается в том, что биоэтика нуждалась в ответах на самые фундаментальные вопросы: что такое человек, какой системой ценностей руководствуется человек в принятии тех или иных решений, где границы рисков в биомедицине, вправе ли человек использовать эксперимент над животными в своих целях, отказывая животным в статусе ценностно значимых объектов? Ответ на эти и другие вопросы оказался очень непростым. Но биоэтика создала знание особого типа, в котором мнение профессионала, врача, исследователя требовалось сделать равным знанию обычного человека, носителю обыденного сознания – иногда говорят «человека с улицы» или «профана».

Если мы говорим о медицине, в страдании каждого пациента есть условно два плана. Один объективный – это то, что происходит с телесностью человека во время болезни, как реалии болезни искажают соматические и психические проявления человеческой жизни. Но у каждого страдания есть еще один, подчас более важный аспект – биографический. Только сам пациент может представить себе ситуацию с прогнозом на будущее, только сам человек знает, как бы он хотел, чтобы к нему относились, как он относится к себе, к жизни, в чем смыслы его собственной жизни, светские они или это религиозные, конфессиональные ценности, только сам человек знает об экономических и социальных обстоятельствах своей жизни. Биоэтика – это то пространство диалога, где позиция врача-профессионала и позиция пациента стремятся быть равными, в этом диалоге рождается уникальная личностная позиция относительно следующих биоэтических ситуаций.

Первый блок проблем биоэтики – это проблемы начала жизни: обсуждение вопроса о статусе эмбриона, об оправдании практики абортов, об обоснованности использования новых репродуктивных технологий – искусственного оплодотворения, суррогатного материнства, экстракорпорального оплодотворения.

Второй блок проблем, которые обсуждаются в биоэтике, – это проблемы, связанные с концом жизни: проблемы смерти и умирания, критериев смерти, оправданности, легализации эвтаназии. Биоэтика обращает внимание на то, что в современной медицине начало и конец человеческой жизни теряют статус естественной заданности, становятся событиями, зависящими от чьего-то решения: отдельного пациента, семьи, врача, исследователя.

Третий блок проблем – это проблемы, связанные с возможностью вмешательства медицины в психическую и физическую целостность человека – при трансплантациях, в экспериментировании, при оказании психиатрической помощи.

Четвертый блок проблем биоэтики – это проблемы, возникающие как конфликт между интересами государства, общества с одной стороны и интересами индивида с другой стороны в вопросах охраны здоровья. Например, ситуация вакцинации, ограничение свободы человека на перемещение, если он, например, оказался на территории, где объявлен карантин по какому-либо заболеванию.

Все эти проблемы обсуждает биоэтика и дескриптивно, и нормативно. На сегодня биоэтика становится обязательной дисциплиной и для тех, кто обучается по специальности «лечебное дело» – будущих врачей, и тех, кто обучается по специальности «фармация» – будущих провизоров.

Но биоэтика – это не только знание особого рода или учебная дисциплина, это и социальный институт. Биоэтика формирует особого рода организации, структуры, для того чтобы организовывать тот биоэтический дискурс, о котором мы говорили. Это биоэтические комитеты, биоэтические комиссии, которые формируются на разных уровнях – от микросоциального до макросоциального. Сегодня биоэтические комитеты обязательно существуют при всех крупных клиниках или биомедицинских исследовательских центрах. Ни один ведущий мировой журнал не принимает статью с изложением результатов экспериментов с участием людей или животных, если до начала эксперимента не было получено заключение биоэтического комитета о том, что в ходе эксперимента не нарушаются биоэтические правила.

Каковы же эти правила? На какие принципы разрешения биоэтических проблем обращает внимание биоэтика? Если мы говорим о человеке, то это такие принципы: правило правдивости, правило конфиденциальности, а самое главное правило – принцип уважения автономии личности, уважения человека, обладающего достоинством не в силу социального статуса, образования или материального положения, а в силу рождения его человеком.

Сегодня очень широко обсуждается вопрос о том, можно ли заменить биоэтику изучением медицинского права. Достаточно ли, чтобы действовать этически корректно, следовать только правовым нормам? Вопрос не так прост. Те, кто предлагает заменить биоэтику нормами права, исходят, как правило, из морального релятивизма, представляя, что моральных норм много, они различны, человек, действуя в соответствии с моральными нормами, может вступить в конфликт с другими нормами, а если поступаешь по закону, то это гарантирует должное поведение.

Однако в истории XX века в биомедицине есть множество примеров того, как легальные с правовой точки зрения практики были этически совершенно некорректными, антигуманными.

Например, практика эвтаназии в нацистской Германии. Поэтому обсуждение этических проблем биомедицины не может быть заменено правом. В некоторых ситуациях темпы развития медицины и технологий столь высоки, что право просто не успевает урегулировать все возникающие новации. А в некоторых случаях право с точной формулировкой оказывается просто недостаточным для того, чтобы учесть личностную размерность биоэтических ситуаций.

Наш великий философ Владимир Соловьев, рассуждая о соотношении права и морали, обращал внимание на то, что, следуя за моралью, мы действуем в соответствии со своими внутренними потребностями и установками. Когда же мы действуем в соответствии с нормами права, то действует внешняя система принуждения, и это, конечно, поступок на ступень ниже, чем следование внутреннему этическому зову.

Биоэтика только начинает разворачиваться и как особое знание, и как социальный институт. В будущем роль биоэтики будет нарастать, поскольку это практика, учащая каждого человека принимать решения в трудных, жизненно важных ситуациях, принимать решения, которые связаны с границами собственного существования. В истории культуры ранее было относительно немного ситуаций, когда обычный человек оказывался в ситуации трудного жизненного выбора. Современное же развитие науки потребовало такой выбор делать каждому, и этот выбор современному человеку фактически миновать нельзя. Тому, как этот выбор делать, и учит биоэтика.

Биоэтика – дисциплина, изучающая моральные проблемы современной медицины, возникающие в связи с бурным развитием медико-биологических наук и применением новейших биомедицинских технологий. Прикладное значение биоэтики - выработка системы моральных и правовых норм, обеспечивающих защиту и безопасность здоровья и жизни человека в этих условиях.

Точную дату возникновения биоэтики установить достаточно трудно, некоторые авторы считают, что она зародилась в 1962г. в США. В г.Сиетле в медицинском центре начали использовать новую жизнеспасающую технологию почечного диализа, в связи с чем встал вопрос: «кто из пациентов должен получить доступ к этой процедуре?», при этом было очевидно, что удовлетворить потребности всех нуждающихся невозможно. В этих условиях был создан комитет, в который вошли не только врачи, но и юристы, и представители общественности, в СМИ его окрестили «Божественный комитет», в журнале «Лайф» вышла статья «Они решают кому жить, а кому умирать», которая вызвала широкий общественный резонанс.

Существует мнение, что биоэтика зародилась в ходе Нюрнбергского процесса, когда были вскрыты факты злодеяний фашистских медиков в концлагерях. Для обеих точек зрения характерна общее, они за точку отсчета берут факты медицинской деятельности, всколыхнувшие общественность и актуализировавшие очевидную необходимость широкого общественного обсуждения создавшихся ситуаций.

Тем не менее, эти факты находятся скорее еще на уровне накопления эмпирического опыта, требующего научного осмысления и к концу 60-х годов накопилось уже достаточное количество таких фактов, что и обусловило возникновение в 70-ые годы в США самостоятельной дисциплины – биоэтики. В 70-е годы в США создаются первые исследовательские и образовательные центры биоэтики, Хейстингский центр в 1969г. и чуть позже Институт этики Кеннеди, а изучаемые ею проблемы начинают привлекать самое пристальное внимание политиков, журналистов, религиозных деятелей, вообще самой широкой публики. Существует термин «американская биоэтика», который подразумевает, что именно в США впервые и в полной мере проявились предпосылки и причины возникновения, а также специфические черты биоэтики.

Сам термин «биоэтика» ввел в научный лексикон американский врач- онколог Ван Ренселер Поттер в 1971г. в своей книги «Биоэтика-мост в будущее», где определил цель: «Человечество нуждается в соединение биологии и гуманистического знания, из которого предстоит выковать науку выживания и с ее помощью установить систему приоритетов». «Наука выживания должна быть не просто наукой, а новой мудростью, которая объединила бы два наиболее важных и крайне необходимых элемента – биологическое знание и общечеловеческие ценности. Исходя из этого, я предлагаю для ее обозначения термин – Биоэтика».

Однако, довольно скоро смысл термина существенно меняется. На первое место выходит междисциплинарное исследование антропологических, моральных, социальных и юридических проблем, вызванных развитием новейших биомедицинских технологий (генетических, репродуктивных, трансплантологических и др. Ван Ренсселер Поттер ввел первоначально термин биоэтика для обозначения особого варианта экологической этики. Однако в научной и учебной литературе распространение получила трактовка термина «биоэтика», предложенная примерно в то же время американским медиком Андре Хеллегерсом. Он использовал этот термин для обозначения междисциплинарных исследований моральных проблем биомедицины, связанных с необходимостью защиты достоинства и прав пациентов.

Сегодня в научных кругах существуют два подхода к определению предмета биоэтики, термин «биоэтика» используется в «широком» и «узком» смысле. В первом случае предметом биоэтики считают совокупность этических проблем, связанных с отношением ко всему живому, при этом выделяют биомедицинскую этику как составную часть биоэтики. Вторая позиция основывается на единстве терминов биоэтика и биомедицинская этика, предметом которой выступает совокупность этических проблем, связанных с отношением медицинского сообщества и общества в целом к человеку, его жизни, здоровью, смерти в ходе различных медико-биологических вмешательств. Нами в дальнейшем будет использоваться вторая точка зрения, т.к. она в большей степени актуализирует специфику биоэтических проблем медицинской практики.

Предпосылки возникновения биоэтики:

Первой можно назвать развитие идеологии экологического движения . 20 век, особенно его вторая половина, это век научно-технического прогресса, который породил не только несметное количество благ для человечества, но и угрозы самому его существованию и среде его обитания. Появились проблемы в связи с "опасностью знания", которым обладает современный человек, создавший многочисленные биомедицинские, биохимические, военно-промышленные, сельскохозяйственные технологии, позволяющие вмешиваться в сами основы жизни на земле. Однако сами по себе знания не могут быть ни плохими, ни хорошими. Они становятся таковыми только в процессе применения их на практике. Даже успешное использование научных открытий может быть опасным и выступать как основание или разновидность тотального риска. Ярким примером является ядерная физика, одним из результатов которой стало изобретение ядерной бомбы. Экологическое движение ставит прежде всего цель - заставить человека задуматься о последствиях своей деятельности.

Влияние экологического мышления на биомедицину особенно ускорилось в связи с многочисленными фактами неблагоприятного воздействия традиционно применяемых лекарственных средств на организм человека. Широко известна стала талидамидовая катастрофа, в 60-ые годы беременным женщинам прописывали в качестве снотворного талидамид, побочный эффект проявился у детей – фоколимия – недоразвитость конечностей. Целью биомедицинской науки стала не только разработка новых терапевтически эффективных лекарственных средств или медицинских технологий, но и предотвращение их побочных негативных воздействий. Причем достижению последней цели уделяется не меньше, а подчас и значительно больше времени и средств. В результате резко возросло время между синтезом новой терапевтически активной субстанции и началом ее клинического использования. Если в начале 60-х годов оно составляло несколько недель, то в начале 80-х достигло 10 лет. При этом стоимость разработки увеличилась в 20 и более раз.

Вторая причина, но не по значимости, это развитие медицинской науки и практики , выход медицины на новый уровень, конечно медицина развивалась и раньше, но темпы развития были в сотни раз медленнее, чем во второй половине 20 века и особенно в 21 веке. Есть мнение, что если 20 век считается веком техники и компьютеризации, то 21 век будет признан веком медицины и биологии. Мы наблюдаем бурное развитие фундаментальных медико-биологических наук, новые открытия меняют наши представления о человеке и открывают новые перспективы в лечении ранее неизлечимых болезней – это генетика и геномика, цитология, иммунология и др. Вторая половина 20 века ознаменовалась широким применением биомедицинских технологий – трансплантация, реанимация, искусственное оплодотворение и др., граница между экспериментальной и практической медициной стала условной. Эти достижения не только обострили традиционные этические проблемы в медицине, но и породили ряд новых, в целом была явственно продемонстрирована опасность отношения к человеку как объекту наблюдения, экспериментирования и манипулирования. Появляется необходимость и потребность осмысления и нравственной оценки бурно развивающихся исследований в сфере биологии и медицины.

Казус Кристиана Барнарда. 3 декабря 1967 г. южноафриканский хирург Кристиан Барнард первым в мире пересадил сердце от одного человека другому. Он спас жизнь неизлечимому больному, изъяв бьющееся сердце у женщины, мозг которой был необратимо поврежден в результате автомобильной катастрофы. Общественная реакция на это революционное событие оказалась крайне противоречивой. Одни превозносили Барнарда как героя, создавшего метод спасения сотен тысяч неизлечимых больных. Другие же, напротив, обвиняли его в убийстве: ведь он изъял еще бьющееся сердце! Прервал одну жизнь, чтобы спасти другую! Имел ли он на это право? Или убийства не было, поскольку, если у человека погиб мозг, то он фактически уже мертв независимо от того, бьется или не бьется его сердце?

Правозащитное движение - третья важнейшая культурная предпосылка формирования биоэтики. В условиях гуманизации общественной морали постоянно увеличивается внимание к правам человека. Фундаментальной проблемой современной биомедицины становится защита прав человека при его соприкосновении – вынужденном или добровольном – с медико-биологическими воздействиями и манипуляциями. Забота о жизни и здоровье начинает рассматриваться как право каждого человека. Возникают ситуации, когда медицина имеет какие – либо возможности, но встает вопрос желает ли этого сам человек. Биоэтика начала бурно развиваться в результате угрозы моральной идентичности человека, исходящей от технологического прогресса в области биомедицины. Дело в том, что человек в биомедицине выступает и как главная цель, и как неизбежное «средство» научного изучения. Для ученого-врача каждый человек существует, с одной стороны, как представитель «человечества в целом», а с другой - как конкретный индивид, который руководствуется своими собственными, а не общечеловеческими интересами.

До 60-х годов медицинское сообщество в целом придерживалось той точки зрения, что во имя блага «человечества» можно почти всегда пожертвовать благом отдельного человека. Национальные интересы или интересы человечества в получении научных знаний, а также корпоративные медицинские интересы нередко превалировали над интересом в сохранении здоровья отдельного человека. Реакцией на такую ситуацию явилось развитие особого направления в правозащитном движении, которое ставит своей задачей отстаивание прав пациентов.

Четвертым фактором можно считать признание в обществе ценностно-мировозренческого плюрализма, особенность которого состоит в многообразии различных форм миропонимания и признания равноправия различных ценностных установок. Различия этических, религиозных и этнических представлений и традиций могут затруднить диалог, создать проблемы взаимопонимания врача и пациента, медицины и общества. В современном обществе нет общепризнанных «экспертов» по разрешению моральных проблем. Люди руководствуются разными системам норм морали. Поэтому вызвать для консультации какого-то наделенного особым авторитетом эксперта просто невозможно.

«Казус Квинлен» – уникальный случай клинической медицины, произошедший с американской студенткой Карен Квинлен более 20 лет назад. Под влиянием алкоголя и ЛСД она потеряла сознание, была доставлена в госпиталь и подключена к аппарату «искусственные легкие-сердце». Через некоторое время медики зафиксировали гибель мозга, но аппаратура не была отключена. Спустя месяц, когда консилиум авторитетных врачей подтвердил необратимость произошедших изменений, а «вегетативное существование» продолжалось лишь за счет аппаратуры, родители девушки попросили отключить аппарат и дать возможность смерти довершить свое дело, а им - похоронить и оплакать свою дочь. Однако администрация госпиталя отказала им, мотивируя это тем, что ни родные, ни врачи, ни сам больной не имеют права решать вопрос жизни и смерти человека. Родители подали в суд, и началось первое в истории медицины судебное разбирательство подобного рода, которое длилось больше года. Самым сенсационным было то, что когда по решению Верховного суда США аппаратура была отключена, тело Карен продолжало функционировать самостоятельно, но по-прежнему в «растительном» состоянии, при нулевой энцефалограмме.

Очевидно, что недостаточно одностороннего медицинского истолкования телесного благополучия как цели врачевания, необходим диалог медиков с представителями широкого круга общественности. Только посредством такого диалога можно прийти к некоему консенсусу и уже на этом основании будет выработано современное понимание идеи блага и как цели врачевания для отдельного индивида, и как цели общественного здравоохранения в целом. Очень часто возникают ситуации, заставляющие осмысливать заново традиционные представления о добре и зле, о благе пациента, о начале и конце человеческого существования. Биоэтика дает интеллектуальное обоснование и социальное оформление публичным дискуссиям, в ходе которых общество принимает свои решения о том, где пролегают границы человеческого существования. Решения эти, как правило, не бывают окончательными.

Также в числе причин можно назвать коммерциализацию медицины , когда отношения в сфере медицины все больше строятся по принципам «свободного рынка», в лексиконе «медицинская помощь» все чаще заменяется на «медицинскую услугу», это означает не просто формальное изменение, но и содержательное. Пациент, обращаясь к врачу, приобретает услугу (товар) и может за свои деньги получить все, что захочет. Ярким примером является пластическая хирургия или стоматология. Врач продает свои услуги и устанавливает цену за свою работу, а пациент для него становится источником дохода, логично заключить, чем больше пациентов и чем дольше они болеют, тем выгоднее для врача, в этом суть конфликта целей и средств в частной медицинской и фармацевтической деятельности. Экономический аспект также способствовал осознанию пациентами своих прав и выработке навыков защиты их в судебном порядке и отказу от патерналистической модели отношений врач – пациент.

Также в качестве предпосылки необходимо упомянуть медикализацию современной жизни – это процесс, в ходе которого происходит распространение влияния медицины на все новые сферы общественной жизни. Медикализация характеризуется проникновением в массовое сознание медицинского языка и стиля мышления, медицинских концепций и представлений о причинах, формах протекания и лечении болезней, возрастанием зависимости от медицины повседневной жизни и деятельности людей.

И свою роль сыграло развитие средств массовой информации и средств коммуникации, в частности во второй половине 20 века - телевидения.

Специфика биоэтики.

· Медицинская этика традиционно рассматривала этические проблемы, возникающие в ходе осуществления профессиональной медицинской деятельности в системе отношений «врач–больной» и «врач – коллеги». Биоэтика расширяет эти рамки, включая вопросы о начале и конце человеческой жизни (критерии смерти, статус эмбриона), о сущности человека (клиническая и биологическая смерть, вегетативное состояние), при чем от ответов на эти вопросы зависит моральная оценка действий медиков и пациентов в конкретных ситуациях.

· Кроме того, биоэтика решает свои вопросы в отличие от медицинской этики не на узкоспециальной, корпоративной, а на более широкой научной и социальной основе. Биоэтику отличает осознание необходимости междисциплинарного подхода в осмыслении и практическом решении проблем, порождаемых научно-техническим прогрессом в медицине. Биоэтика – новое междисциплинарное научное направление, объединяющее медико-биологическое знание и общечеловеческие моральные ценности. Междисциплинарность биоэтики проявляется в постоянном расширении ее проблемного поля благодаря включению нравственных, философских, правовых компонентов, в дискуссиях заняты врачи, правоведы, философы, религиозные деятели, психологи, политики.

· Функционально отличие состоит в том, что биоэтика выдвигает на первый план защиту жизни и здоровья человека, а медицинская этика устанавливает принципы и нормы отношений в медицине между взаимодействующими субъектами – врачом и пациентом. При этом биоэтика рассматривает пациента как активного равноправного участника взаимоотношений, а в традиционной медицинской этике речь всегда шла только о враче как активном субъекте, пациент же был пассивным опекаемым элементом.

Современная биоэтика включает ряд тесно связанных форм деятельности.

Во-первых, - это мультидисциплинарная область научных исследований условий и последствий научно-технического прогресса в биомедицине.

Во-вторых, - это сфера академической, образовательной деятельности. Различные курсы биоэтики преподаются в детских садах, школах и лицеях, университетах (на медицинских, биологических, философских, богословских и других факультетах). С 2000 года биоэтика введена как предмет обязательного преподавания в медицинских вузах России.

В-третьих, - это бурно развивающийся социальный институт. Он включает сложную систему международных (на уровне ООН, ЮНЕСКО, ВОЗ, Совета Европы и т.д.), национальных (в системе государственных и профессиональных организаций), региональных и локальных (в структурах исследовательских и практических организаций) этических комитетов. Биоэтика в определенном аспекте является частью правозащитного движения в области здравоохранения.

К основным в биоэтике можно отнести следующие проблемы:

• защиты прав пациентов (в том числе ВИЧ инфицированных, психиатрических больных, детей и др. больных с ограниченной компетентностью);
• справедливости в здравоохранении;
• взаимоотношения с живой природой (экологические аспекты развития биомедицинских технологий);
• аборта, контрацепции и новых репродуктивных технологий (искусственное оплодотворение, оплодотворение «в пробирке» с последующей имплантацией эмбриона в матку, суррогатное материнство);
• проведения экспериментов на человеке и животных;
• выработки критериев диагностики смерти;
• трансплантологии;
• современной генетики (генодиагностики, генной терапии и инженерии);
• манипуляций со стволовыми клетками;
• клонирования (терапевтического и репродуктивного);
• оказания помощи умирающим пациентам (хосписы и организации паллиативной помощи);
• самоубийства и эвтаназии (пассивной или активной, добровольной или насильственной).

Таким образом, биоэтика вооружает медиков знанием, как специфических вопросов медицинской этики, так и способностью к системному анализу, вырабатывает привычку рассматривать проблемы в междисциплинарном и социокультурном контексте, при этом развивает воображение, практические навыки и моральную ответственность за принимаемые этические решения, а также чувства эмпатии и сострадания к людям.

БИОЭТИКА – область междисциплинарных исследований, направленных на осмысление, обсуждение и разрешение моральных проблем, порожденных новейшими достижениями биомедицинской науки и практикой здравоохранения. Вместе с тем в современном обществе биоэтика выступает и как формирующийся специфический социальный институт, призванный регулировать конфликты и напряжения, возникающие во взаимоотношениях между сферой выработки и применения новых биомедицинских знаний и технологий, с одной стороны, и индивидом и обществом – с другой.

Термин «биоэтика» был впервые использован в 1970 американским медиком Ван Ренсселером Поттером, который под биоэтикой понимал область исследований, призванную соединить биологические науки с этикой во имя решения в длительной перспективе задачи выживания человека как биологического вида при обеспечении достойного качества его жизни. В то же время в США возникают две структуры – Гастингский центр (The Hastings Center) и Институт этики им. Кеннеди (The Kennedy Institute for Ethics) Джорджтаунского университета, деятельность которых была направлена на изучение проблем биоэтики, которая, однако, понималась при этом существенно иначе, чем у Поттера, соотносясь не столько с биологией, сколько с биомедицинскими науками и практикой здравоохранения. Первое десятилетие своего существования биоэтика развивалась в основном в США, затем постепенно стала укореняться также в Западной Европе и других регионах мира. Ныне стремительно развивающаяся биоэтика стала явлением глобального масштаба, о чем, в частности, свидетельствует создание в 1992 Международной ассоциации биоэтики, которая каждые два года организует Всемирные конгрессы по биоэтике.

В известном смысле биоэтика может пониматься как продолжение и современная форма традиционной медицинской (или врачебной) этики, восходящей к Гиппократу; основное ее отличие от последней, однако, состоит в том, что традиционная медицинская этика носила корпоративный характер (так, в знаменитой клятве Гиппократа на первом месте стоят обязательства врача по отношению к своему учителю и своей профессии и лишь затем говорится об обязательствах по отношению к пациентам) и исходила из того, что во взаимодействии врача и пациента морально ответственным агентом по сути дела является только врач. Для биоэтики же, напротив, характерна установка на то, что в принятии морально значимых и жизненно важных решений участвуют как врач, так и пациент, а значит, и бремя ответственности распределяется между обоими партнерами. Более того, во многих случаях в выработке таких решений участвует и третья сторона.

Так, некоторые специалисты считают, что истоком биоэтики явилось событие, происшедшее в одной из больниц Сиэтла (штат Вашингтон) в начале 1970-х гг. Когда в больнице появился первый аппарат «искусственная почка», встал вопрос о том, кому из пациентов он должен быть подключен в первую очередь, т.е. кому следует спасать жизнь, а кто будет обречен. Врачи больницы сочли, что они не вправе брать на себя ответственность за эти решения, и предложили для установления очередности создать комитет из уважаемых граждан соответствующего округа. Этот пример демонстрирует и еще одно важное отличие биоэтики от традиционной медицинской этики: многие проблемы биоэтики возникают как рефлексия относительно моральных дилемм, порождаемых научно-техническими достижениями биомедицины. К примеру, исторически одной из первых проблем биоэтики стал, в связи с появлением эффективных жизнеподдерживающих технологий (аппараты «искусственные легкие», «искусственное сердце» и т.п.), вопрос о том, до каких пор следует продлевать жизнь пациента, в частности, если его сознание безвозвратно утеряно. Эта ситуация нередко порождает конфликт интересов между врачами, с одной стороны, и больными или их родственниками – с другой. В отдельных случаях представители пациента могут настаивать на продолжении жизнеподдерживающего лечения, которое, по мнению врачей, является бесполезным; в иных же случаях, напротив, пациенты (их представители) требуют прекращения медицинских манипуляций, которые они считают унижающими достоинство умирающего. Это поставило вопрос о модификации принятых ранее критериев, которыми следует руководствоваться при определении момента смерти. Помимо традиционных критериев – необратимой остановки дыхания или кровообращения (которые теперь могут поддерживаться искусственно) – стал применяться критерий смерти мозга.

Острота этой проблемы усилилась с успехами трансплантологии: пересадка таких органов, как сердце, печень, легкие, предполагает их изъятие у донора, у которого констатирована смерть мозга; в то же время вероятность успешной трансплантации тем выше, чем меньше времени прошло после момента смерти. В обществе стали возникать опасения, что продление жизни реципиента может обеспечиваться ценой ускорения (или поспешной констатации) смерти донора. Как реакция на эти опасения была принята норма, согласно которой смерть мозга должна констатироваться бригадой медиков, независимой от тех, кто занимается заготовкой и пересадкой органов.

Еще одним источником трудных моральных дилемм стало развитие начиная с сер. 1970-х гг. технологий искусственной репродукции человека. Эти технологии, с одной стороны, вызывают сложности в установлении родственных отношений – вплоть до того, что у одного ребенка может быть пять родителей, а женщина, выносившая его («суррогатная мать»), может быть одновременно и его же бабушкой, если ребенок был зачат яйцеклеткой ее дочери. С другой стороны, технологии искусственного оплодотворения нередко включают манипуляции с человеческими эмбрионами, вплоть до так называемой редукции эмбрионов, когда часть развивающихся (и жизнеспособных) эмбрионов приходится умерщвлять в пробирке либо даже в утробе матери. В результате актуальной становится и проблема установления критериев для точного определения момента начала человеческой жизни, что налагает определенные моральные обязательства на окружающих.

Основная сфера интересов биоэтики – моральное содержание взаимоотношений между врачом и пациентом либо, в контексте биомедицинских исследований, проводимых на людях, между исследователем и испытуемым. При этом признается, что интересы (а в современном плюралистическом обществе – и ценности) сторон далеко не всегда и не во всем совпадают. Более того, это несовпадение вовсе не обязательно определяется злой волей участников взаимодействия. Так, конфликт интересов между исследователем и испытуемым носит институциональный характер: для первого важно прежде всего получение новых научных знаний, тогда как для второго – улучшение или сохранение собственного здоровья. Отношения сторон при этом существенно несимметричны: врач или исследователь обладает специальными знаниями и умениями, которых обычно нет у пациента (испытуемого); вместе с тем именно на долю последнего приходится тот риск, с которым неизбежно связано любое (а особенно экспериментальное) медицинское вмешательство.

Бурное развитие и беспрецедентное могущество биомедицинских технологий в последние десятилетия ведут к тому, что естественный жизненный процесс индивида от рождения (и даже от зачатия) до самой смерти становится все более опосредуемым и контролируемым, т.е. организуемым и управляемым социально и технологически. При этом по отношению к пациенту (испытуемому) медицинские вмешательства приобретают все более инвазивный, глубокий, а нередко и агрессивный характер, а их стоимость, как и совокупные затраты индивида и общества на поддержание и улучшение здоровья, неуклонно возрастают. В этих условиях задачей биоэтики является защита жизни, здоровья, телесной и личностной целостности, прав и достоинства пациента (испытуемого). Иными словами, вся сфера медицинской практики и биомедицинских исследований рассматривается в биоэтике как одна из областей, в которой реализуются (или нарушаются) в буквальном смысле слова жизненно важные права человека – вплоть до вызывающего особенно острые дискуссии права самостоятельно принимать решение об уходе из жизни, когда болезнь неизлечима и сопряжена с тяжелыми физическими и душевными страданиями (см. Эвтаназия ).

Наиболее разработанный механизм защиты прав и достоинства пациента представляет собой концепция информированного согласия, в соответствии с которой всякое медицинское вмешательство должно осуществляться только на основе компетентного, добровольного, осознанного и явно выраженного согласия пациента (испытуемого); последнему должна быть в понятной для него форме представлена вся необходимая информация о целях вмешательства, связанном с ним риске и возможных альтернативах. Первоначально норма информированного согласия применялась в практике биомедицинского эксперимента; в настоящее время в большинстве стран, включая Россию, эта норма институционализирована, т.е. закреплена не только этически, но и юридически как для исследовательских, так и для терапевтических вмешательств. Все отступления от этой нормы (согласие не самого пациента, а его представителей, когда пациент некомпетентен; вмешательство без согласия в чрезвычайной ситуации и пр.) также закрепляются юридически.

Еще один институциональный механизм, развитый и обоснованный в рамках биоэтики, предназначен для защиты испытуемых – участников биомедицинских исследований. Суть его состоит в обязательной этической экспертизе каждой заявки на биомедицинское исследование, предполагающее проведение экспериментов на людях. Такую экспертизу проводит этический комитет, статус которого должен гарантировать ее независимость от администрации лаборатории, в которой будет проводиться исследование, от самих исследователей и от тех, кто финансирует исследовательский проект. Проведение исследования без одобрения этического комитета не допускается; дополнением этого механизма является политика большинства ведущих биомедицинских журналов, не принимающих к публикации статьи об исследованиях, не прошедших этическую экспертизу. Характерно, что в ходе экспертизы оценивается не только собственно этическая сторона проекта (напр., соразмерность риска, которому подвергаются испытуемые, ожидаемым для них выгодам), но и его научная обоснованность – поскольку считается недопустимым подвергать испытуемых какому бы то ни было риску, коль скоро реализация проекта не даст значимого научного результата. Стоит также отметить, что система этической экспертизы, действующая в США, распространяется не только на биомедицинские, но и вообще на любые исследования (социологические, антропологические, психологические и пр.) с участием человека.

В целом биоэтика в настоящее время существует и функционирует скорее в качестве непрестанно расширяющегося и усложняющегося поля проблем, имеющих как когнитивное и техническое, так и этическое и ценностное содержание, а потому, как правило, не имеющих простых и однозначных решений, чем в качестве научной дисциплины со строгим и общепринятым концептуальным аппаратом. Существует множество версий биоэтики, принципиально отличающихся друг от друга по самым существенным моментам. В этом смысле биоэтика сходна с целым рядом других современных областей знания, для которых интерес к строгому теоретическому обоснованию и оформлению массива вырабатываемых и используемых в их рамках знаний не является первостепенным. Из числа теоретических концепций биоэтики наибольшую популярность (а вместе с тем и наиболее острую критику) получила схема, предложенная американскими философами Т.Бичампом и Дж.Чилдрессом. Она включает четыре принципа и ряд правил, обосновываемых с помощью принципов. Правила, в свою очередь, служат для морального обоснования решений и действий в конкретных ситуациях. Основные принципы биоэтики, согласно Бичампу и Чилдрессу, – это принцип уважения автономии пациента, которым обосновывается, в частности, концепция информированного согласия; восходящий к Гиппократу принцип «не навреди», который требует минимизации ущерба, наносимого пациенту при медицинском вмешательстве; принцип «делай благо» (beneficence), подчеркивающий обязанность врача предпринимать позитивные шаги для улучшения состояния пациента; наконец, принцип справедливости, подчеркивающий необходимость как справедливого и равного отношения к пациентам, так и справедливого распределения ресурсов (которые всегда ограничены) при оказании медицинской помощи.

При обосновании морального выбора в конкретных ситуациях требования, вытекающие из этих принципов, могут вступать в противоречие друг с другом. Так, принцип уважения автономии требует правдивого информирования пациента о диагнозе и прогнозе заболевания, даже если этот прогноз крайне неблагоприятен. Однако сообщение ему такой информации может повлечь тяжелейший психологический стресс, подорвать сопротивляемость организма болезни, что будет нарушением принципа «не навреди». В подобных случаях приходится идти на нарушение одного из принципов; поэтому говорится, что принципы действенны не в абсолютном смысле, но только prima facie: от них приходится отступать в конкретных ситуациях, осознавая, однако, моральную ущербность такого поступка; иными словами, отступление от принципа оставляет моральный след.

Предметом острых дискуссий в биоэтике является вопрос о том, какая из этических теорий является наиболее приемлемой при поисках ответов на моральные дилеммы, возникающие в современной биомедицине. В традиционной медицинской этике неизменно подчеркивалось значение индивидуальных моральных качеств врача (так наз. этика добродетели). Этика принципов в известной степени противостоит ей.

По мере глобализации биоэтики начинает ставиться под сомнение универсальность того акцента на автономию и самоопределение индивида, который характерен для биоэтики в западных странах, особенно в США. Утверждается, что он отражает те традиции индивидуализма, которые присущи культуре этих стран, и не уделяет достаточного внимания ценностям совместной жизни, началам солидарности. Подчеркивание именно этих ценностей особенно характерно для биоэтики, развивающейся в странах Востока.

Литература:

1. Биоэтика: проблемы и перспективы. М., 1992;

2. Биоэтика: принципы, правила, проблемы. М., 1998;

3. Введение в биоэтику. М., 1998;

4. Коновалова Л.В. Прикладная этика (по материалам западной литературы). Вып. 1: Биоэтика и экоэтика. М., 1998;

5. Beauchamp Т. L. , Childress J.F. Principles of Biomedical Etics. N. Y., 1994;

6. The Birth of Bioethics. – «Hastings Center Report», Special Supplement, 1993, v. 23, № 6;

7. Callahan D. Bioethics as a Discipline. – «Hastings Center Studies», v. 1, № 1, p. 66–73;

8. Idem. Bioethics. – The Encyclopedia of Bioethics, v. 1. N. Y., 1995, p. 247–256;

9. Danner Clouser K. Bioethics. – The Encyclopedia of Bioethics, v. 1, 1978, p. 115–127;

10. Encyclopedia of Bioethics, f. Revised edition, 5 v. N. Y., 1995;

11. Tristram E.H.Jr. The Foundations of Bioethics. Oxf., 1986;

12. Potter Van. Rensselaer Bioethics: Bridge to the Future. Englwood Cliffs – N. J., 1971;

13. Rothman D.J. Strangers at the Bedside: A History of How Law and Bioethics Transformed Medical Decision Making. N. Y., 1991.

B.H.Игнатьев , Б.Г.Юдин