(Глава 10 из книги «Мудрость психики: глубинная психология после наук о мозге» )
Джинетт Парис

Опубликовано в: G. Paris «Wisdom of the Psyche: Depth psychology after neuroscience», London: Routledge, 2007 Об авторе: юнгианский психолог, преподает архетипическую и глубинную психологию в Санта Барбаре, Калифорния, руководитель Фонда Мифологических исследований.
Автор книг «Языческие медитации» и «Языческая красота»

Философ Блез Паскаль утверждал, что «правосудие без принуждения бесполезно».

Подобно этому, милосердие матери без строгости отца не имеет силы. Экологи знакомы с этой проблемой: тактика политиков по нейтрализации их деятельности заключается в том, чтобы сделать сентиментальными их выступления на тему Матери Природы и провести законы для ее защиты, но оставить эти законы без зубов (без санкций). Неважно, как относятся к экологии заинтересованные лица, какие цели преследует их деятельность: если законы по защите окружающей среды не имеют силы, то «правосудие без принуждения бесполезно». Мать, которая умоляет своего мужа прекратить насилие над детьми, но не желает разводиться, добросердечный школьный учитель, который каждый день рассуждает о мире во всем мире, но не способен контролировать хулигана в классе, политик, который борется за справедливость, но не имеет реальной силы в партии – все их благие намерения ничего не стоят. И снова Паскаль: «Все, кто неспособен отстоять то, что правильно, перестают верить силе».

Предыдущая глава отразила потребность в милосердии, мягкости и здоровом коллективном архетипе Матери. Архетип Отца, однако, настолько же важен, потому что он олицетворяет волю к победе. Улучшение качества жизни для всех, избавление мира от стресса и насилия может быть достигнуто только в том случае, если мы пересмотрим оба архетипа и способы их взаимодействия. Строгий Отец, сдерживаемый любящей Матерью, был и до сих пор остается воспринимаемым буквально сторонниками традиционных взглядов; их рассуждения внушают мысль, что все должно быть прекрасно в Царстве Божием, если отцы будут выполнять роль патриархального авторитета, а матери – заниматься воспитанием.

Консерваторы переводят архетипическую потребность в социобиологическую сферу. Разделение ролей могло работать в прошлом, но явно неэффективно сейчас, потому что прежний миф о семье умирает, умирает, уже умер. Тоска о прошлом всегда является дорогостоящим психологическим заблуждением.

Хороший полицейский/плохой полицейский: искаженная реальность

Самый наивный наблюдатель понимает, что классический прием хороший/плохой полицейский не реализуется буквально. Мы все понимаем, что «хороший полицейский» в реальности не обязательно парень, который проявляет сочувствие (архетип матери), пока другой демонстрирует силу и беспощадность (архетип отца). Почему консерваторы не могут понять, что семейная пара подобна этой? Хорошая команда состоит из сочетания двух архетипов. Актеры в человеческой драме никогда буквально не соответствуют биологически тем архетипическим ролям, которые играют.

Другой пример этой архетипической пары был мне представлен студенткой из Афро-американского сообщества Лос-Анджелеса. В ее жизни и в семьях большинства ее друзей не было биологических отцов. Бабушка отвечала за материнскую роль, в то время как биологическая мать выполняла отцовские функции: она зарабатывала, занималась машиной, разбиралась с наказаниями, карманными деньгами и администрацией школы. Моя студентка относилась к этой ситуации легко: «Моя мама – это мой папа, а бабушка – это моя мама». Она выразила простую психологическую истину: пока оба архетипа находятся в равновесии, психологические потребности семьи удовлетворены, независимо от биологических характеристик. С другой стороны, семья может иметь все внешние признаки гармонии, включая маму-домохозяйку и отца, приносящего домой зарплату, в семье нет насилия и нарушений закона, но, тем не менее, материнство и отцовство – в полном смысле этих слов – в этой семье не реализуются. Архетипические силы могут незаметно появляться и исчезать, и они не обязательно определяются половой принадлежностью. Однополые пары, семьи которых выдерживают все сложности материнства и отцовства, необходимых детям для роста, являются прекрасной демонстрацией нестандартного толкования ролей мамы и папы.

Не нужно разбираться в психологии, чтобы понять, что недостаток Ян разрушает Инь, а нехватка Инь лишает влияния Ян. Психологии не хватает стремления обнаружить очевидную ошибочность традиционного понимания семьи, за которым скрываются всевозможные архетипические недостатки.

Умение различать ситуации, когда требуется влияние Ян, а когда – Инь, является очень важным. Оно применимо в равной степени и к отдельным личностям, и к семьям, и к организациям и народам. Борьба ли это крестьянства против феодализма, рабов против расизма, женщин против патриархальности – развитие истории всегда является результатом гармонии Инь и Ян. Стратегии Инь – обучать, покровительствовать, вселять надежду, апеллировать к высшим ценностям и завоевывать симпатию людей. Стратегия Ян характеризуется воинственностью: подготовить план атаки, ввязаться в драку, победить. Любое нарушение баланса приведет или к бессилью Инь, или к самодеструктивности Ян. Если мы рассмотрим свои жизненные истории, то обнаружим, что даже в наполненных любовью и приятными переживаниями отношениях бывают периоды любви и периоды войны, и нужно быть готовым и к тому, и к другому варианту. Пары воюют из-за свободного пространства, ценностей, денег, времени, быта; они выясняют отношения по поводу событий прошлого, а также представлений о настоящем и будущем.

Материнский подход в жизни учит проявлять любовь, понимать, объединяться, делиться, быть искренним, способным на компромисс и сострадание. Отцовский подход уделяет внимание балансу силы в отношениях: каждый делает то, что считает нужным. Оба подхода необходимы. Древние греки отождествляли Зевса с понятием власти, он был их Богом-Отцом, держащим в своих руках молнии. Считалось, что он грозно морщит лоб и обладает зрением орла, с помощью которого может видеть все, что происходит на Земле. Он был олицетворением авторитета, символом существующего порядка и его выражением, и он наказывал каждого, кто нарушил закон. Зевс выражал идею, что сила неотделима от ответственности, это также присуще фигуре отца.

Архетип отца имеет множество имен: руководитель, король, вождь, капитан, генерал, президент. Все они, по большому счету, несут отцовскую ответственность за тех, кто им подчиняется. Именно поэтому капитан не покидает тонущий корабль, именно поэтому Трумэн сказал: «Вся ответственность лежит на мне», и поэтому президент США, как отец страны, владеет красным телефоном и несет моральную ответственность за объявление войны, отправляя туда сыновей и дочерей.

Этот архетип активизируется во всех отношениях, где есть элементы авторитарности. Мы боимся проявлений Зевса или же восхищаемся им и верим ему; мы презираем его или тоскуем по его опеке; мы отчаянно преданы ему или свергаем его с престола. Любой человек (мужчина или женщина), облеченный властью, проявляет по отношению к остальным качества отцовского архетипа; это касается не только монархов, президентов и полководцев, но и руководителей, полицейских, учителей и тех, кто оказывает на нас влияние.

Когда женщина находит себя в роли Отца, вроде египетской императрицы, носящей фальшивую бороду, чтобы подчеркнуть свою власть Фараона, то она дает понять, что не стоит ошибочно принимать ее за олицетворение архетипа Матери. Боевая экипировка, престижный офис, дорогой рабочий стол, место на парковке – все это говорит о том, что здесь находится Ян. С другой стороны, мужчина в роли Великой Матери, который использует символы античных богинь (развевающаяся белая мантия Папы Римского, его раскрытые руки, как бы говорящие «Идите ко мне, дети»), сообщает этим: здесь живет Инь (или, как в случае с Папой Римским, он просто хочет, чтобы вы так думали). В душе активизация отцовского архетипа сигнализирует об обращении к психологии войны. Человек увлечен стратегией и тактикой, желанием встретиться с проблемой, волей к победе, честолюбием, жаждой силы и способностью идти на риск.

Отцовский принцип в терапии

Зачастую в начале семейной терапии стресс может быть настолько сильным, что первая цель терапевта заключается в создании более комфортной, поддерживающей, надежной, материнской атмосферы. Тем не менее, если эта цель достигнута, то бессознательное предпочтение терапевтом материнской психологии в дальнейшем может нарушить баланс, потому что внушит семье представление о недостижимом идеале – постоянном убежище, спасающем от всех внешних невзгод.

Семья не может быть только укрытием, потому что она также является местом, где мы учимся жизни, а жизнь наполнена стрессами и проблемами. В природе человеческие сообщества создают напряжение и конфликты; это даже является принципиальным условием эволюции. Не-романтическое, не-сентиментальное, не-диснеевское психологическое понимание семьи учит нас одновременно материнской способности защищать слабых и раненых (новорожденных, детей, больных, стариков) и отцовскому умению использовать семью как первое поле боя, учебный полигон, наш первый тренировочный лагерь для психики.

Сегодня материнская утопия настолько преобладает в некоторых современных подходах к развитию, что становится антиутопией, когда она препятствует отцовскому воспитанию детей. Мальчикам, как и девочкам, нужно научиться навыкам борьбы – перед лицом опасности им следует оставаться спокойными, готовыми к бою, сосредоточенными. Направления терапии, которые исключают Ян, являются просто сентиментальным враньем. Предлагая только одну часть спектра душевных способностей, они укрепляют модель беспомощной Матери, имеющей дело с деспотичным отцом: пожалуйста, не бейте детей, это для них вредно. Пожалуйста, дайте денег на образование, на медицинскую помощь.

Пропавшие отцы, пожалуйста, вернитесь и заплатите по счетам. Это психология попрошаек, которая мало что дает тем, кому нужны перемены.

Достижение идентичности представляет собой парадигматическую необходимость в психическом балансе Инь и Ян. Идентичность отчасти строится на том, что мы любим и на что хотим быть похожими. В равной степени и на том, что мы отрицаем: я не ты, я отказываюсь от того, что ты хочешь для меня, я не поддаюсь твоему влиянию, я не сдамся. Цивилизации определяют свою идентичность почти так же, как наши души, в основном отвергая то, что происходит по другую сторону границы. Здесь, дома, мы не едим лягушек, или собак, или змей; не пьем всякую гадость и не принимаем наркотики; мы не убиваем, у нас свои законы, своя вера, свой Бог, свои обычаи. Идентичность построена не только на общих ценностях, но также на общих идеях по поводу того, что должно быть отвергнуто. «Враг» может быть чем-то или кем-то, кто обладает способностью уничтожить то, чем мы являемся или надеемся стать. Подростки особенно резки в определении того, в чем они сопротивляются взрослым. Им необходима эта оппозиция, и это является одной из причин, почему им так нужна сильная, устойчивая фигура отца. Чтобы вырвать зуб, следует вцепиться (зубами) во что-то, что окажет сопротивление. Слишком жесткое или слишком мягкое противодействие в равной степени может навредить способности подростка проводить необходимые исследования и приведет к апатии, отчужденности, преступности.

Феминистские атаки на патриархальность были ошибочно восприняты как нападение на отцовскую сущность. Это не так. Это не значит, что гнев направлен на архетип. Это все равно, что злиться на ветер вместо того, чтобы приспособить к нему паруса. Или злиться на красный свет светофора, управляющего потоком машин. Или на то, что обществу для существования необходимы финансовые средства, бюджет, законы, правила и определенный регламент. Феминистская революция была не отказом от архетипа отца, а протестом против бессилья материнского авторитета. По крайней мере, в моем понимании, это было восстание против бесполезной монархии: против диктатуры одного пола по отношению к другому. Гильотина не требовалась. Это не было попыткой лишить мужчин голов или биологических атрибутов мужественности. Что должно было быть уничтожено, так это идея, что мужественность является буквально биологическим атрибутом, а не архетипическим качеством. За феминистским бунтом последовала революция. Это был один из самых ярких примеров деконструкции в постмодернистской интеллектуальной истории. Этот процесс разрушил патриархальное консервативное понимание мужественности. Он поразил буквализм.

Зевс, выражающий архетипический принцип, неизменен, но его имя может относиться к мужчине или женщине, к ребенку или старику. В нашей культуре принято называть этот архетип именем древнегреческого божества, это способ выразить уважение к нашему дохристианскому наследию и присущей ему мудрости. У кого-то даже не возникает потребности обдумать это слово – «архетип», – хотя я нахожу его простым и общеизвестным, и на данный момент этот термин является частью обыденного языка. Каждый может воспринимать это понятие просто как закон. Зевс – это важнейшая реакция на: «Ой! Мне стоит сбавить обороты, иначе я получу штраф за превышение скорости».

Архетип отца искажается в том случае, если происходит отделение власти от ответственности. Тот, кто хочет получать преимущества без обязательств, всегда рискует попасть под гильотину в том или ином виде (лишиться короны, титула, патриархии). Феминистки объявили, что если женщины делят бремя ответственности, то они также должны разделить силу и почет. В то время феминистки были революционерами, но эта революция только началась. Хотя психологи внесли значительный вклад в исследование вопросов, связанных с полом, их главной заслугой, кажется, было переосмысление взаимоотношений мужчины и женщины. До сих пор эта огромная область исследований имеет мало теорий, пересматривающих понятие семьи. Большинство этих теорий кажутся неуязвимыми для достижений феминизма. Как будто психологи могли формально отдать должное феминизму, а затем вернуться к прежним представлениям о развитии семьи и взрослении детей.

Я супервизировала обучающихся терапевтов, когда они просматривали записи сессий экспертов по «семейным вопросам», чтобы изучить основные методы коррекции. Студенты также записали свои собственные психотерапевтические попытки и получили обратную связь от своих супервизоров. Эти записи сессий являются интересными примерами текущей успеваемости студентов, изучающих семейную терапию. Я не хочу называть никакую конкретную психологическую школу, потому что проблема не всегда в теоретическом подходе. Чаще дело в установке, которая изначально существует в умах студентов, а также тех, кто делится своим практическим опытом посредством аудио- и видеозаписей.

Вот типичный пример, который я воспроизвожу с минимальными изменениями. Видео показывает агрессивного подростка, оскорбляющего мать, выражающегося так, как будто ее нет в комнате. «Моя мать дрянь! Если она остается с отцом, то это только из-за денег!» Отцовский гнев усиливается, и отец навязывает свое мнение: «Я запрещаю тебе так говорить о матери!» Затем психотерапевт поворачивается к отцу. Вежливо осадив его, терапевт предлагает остыть, присесть, пока «мы» исследуем эмоции, которые выражает его сын. Отец хмурится, садится и размышляет. Он только что получил унизительный урок сочувствия от эксперта.

Психотерапевт излагает свое ограниченное видение ситуации: за враждебностью скрывается боль. Мы здесь, чтобы предложить сострадание и излечить эту рану. Прекрасная теория. Действительно, агрессия скрывает обиду. Тем не менее, путь, по которому идет сессия, ведет к ложному эгалитаризму. В этом случае высказывание подростка приравнено по значению к мнению родителя. Это ошибочно, и не потому, что мнение подростка менее важно, чем мнение отца. А потому, что отцовский авторитет делегируется психотерапевту, который навязывает поведение, выражающее сочувствие и терпение Великой Матери.

Заблуждение здесь заключается не в предположении, что за агрессивным подростком скрывается обиженный подросток – эта идея не вызывает сомнений. Проблема заключается в наивности психотерапевта, который не смог понять следующее: (а) терапевт наносит оскорбление отцу, поучая его перед ребенком, как правильно выполнять свои обязанности; (б) терапевт посягает на отцовский авторитет, высказываясь с позиции эксперта по семейным делам; и (в) терапевт замалчивает эту передачу полномочий, скрываясь за поддерживающей мягкостью Великой Матери. Психотерапевт как будто сказал следующее: «Вы плохой отец. Разве вы не видите боль за агрессией? Теперь посмотрите, как поступать правильно, когда я разговариваю с вашим сыном». Что отец мог бы возразить на это?

Психотерапевт обладает профессиональным авторитетом и окружен атмосферой финансового признания его состоятельности как эксперта. Очевидно, что цель его вмешательства – помочь отцу установить лучшие и более доверительные отношения с сыном. В действительности этот урок преподан сыну, и он не слишком хорош: ты прощен за оскорбление матери, потому что ты выражаешь свои чувства (т.е. боль), а Великая Мать понимает и поддерживает выражение эмоций.

Отцовская власть имеет разные сферы реализации. Жизнь в сообществе (а семья – это группа) требует не только умения выражать эмоций, но также и умения их контролировать. Семьям следует развивать способность держать себя в руках, так же, как это делают государства. Столкновения приводят к войне или к переговорам. Развод, например, это война между двумя сторонами, и, чтобы развод был цивилизованным и не навредил детям, стоит соблюдать некоторые правила; подобно этому, международные договоры и согласительные комиссии ведут к прекращению военных действий.

Мы не раз слышали, что представители азиатской культуры с трудом выражают свои чувства, или что англичане очень спокойные и сдержанные; что это следствие подавления эмоций. В этих этнологических наблюдениях может быть некоторая доля правды; но происходит отказ от высших ценностей, когда мы путаем подавление, вызывающее страдания, с самоконтролем, на котором основано цивилизованное поведение.

Психология, которая предпочитает концепцию материнских качеств, в соответствии с которой способности выражать эмоции присваивается высший балл, виновна в путанице между подавлением чувств и самообладанием. Подростку, который оскорбляет мать, требуется выучить один или два важных урока.

Первый урок – осознание: следует понять, что когда он чувствует боль, то становится агрессивным.

Второй урок заключается в том, что в оскорблении матери или любого другого человека нет ничего, чем можно гордиться.

Такой подросток должен понять, что взросление требует самодисциплины, даже когда он выражает праведный гнев.

Самоограничение – это урок, что только тот взрослый, который опирается на архетип Отца, способен научить чему-то ребенка. Критика в адрес несправедливой, жестокой авторитарности грубого, злого главы семьи, правила которого выгодны только ему, не означает, что архетипические качества Отца бесполезны.

Абсолютное совершеннолетие не наступает никогда.

Никто никогда окончательно не переходит в состояние «взрослый». У всех нас бывают моменты прежнего, детского поведения. Мы тоскуем по Великой Матери каждый раз, когда страдаем. А поскольку такие переживания случаются часто, всем нам нужно утешение от нашей мамы – это послание Великой Матери.

Наш нарциссический ребенок никогда окончательно не исчезнет, что подтверждают самые выдающиеся и просвещенные индивидуумы. Те, кто предпочитает существовать «вне» этих возвратных моментов, либо лгут, либо забывают об этом. Тем не менее, благодаря способностям внутреннего взрослого мы воспитываем своего внутреннего ребенка, контролируем, действительно контролируем, этого потенциально опасного внутреннего тирана. Нежелающий взрослеть внутренний ребенок остается невоспитанным, все больше покушается на внешний мир, манипулирует, несет разрушения – так же, как ребенок ломает свои игрушки. Это делает человека все более эгоистичным и таким образом поддерживает замкнутый круг одиночества.

Исповедь незрелой личности

Мне 60 лет, я женщина, и 30 лет я занималась адвокатской практикой. Я потеряла интерес к работе много лет назад. В начале моей карьеры я хотела защищать подростков в суде. Я изучала вопросы правовой охраны интересов проблемных подростков. Эта мечта, в моем случае, была итогом моего нежелания взрослеть. Удивительно, но я не занималась проблемами моих несовершеннолетних клиентов столько же, сколько работала на свой собственный невроз. Мой стиль ведения дела всегда был одинаков и сводился к одному предложению. В сущности, преступник – чудесный ребенок, с которым плохо обращались родители/общество/мир, и, вследствие этого, виновной стороной также является эта группа правонарушителей. Иногда этот метод работал, но не всегда, а моя стратегия становилась все более предсказуемой. Что самое страшное, так это то, что убежденность в невиновности оскорбленного подсудимого совершенно подкосила меня, когда дело дошло до воспитания моей дочери. Ее подростковый бунт должен был открыть мне глаза, но я не хотела видеть недостатков своего мышления.

Моя единственная дочь с рождения была центром моей любви и заботы. Я обращалась с ней так, как будто она была образцом совершенства. Когда в 13 лет она начала отталкивать меня, я была раздавлена. Я не могла понять, что она имела в виду, когда сказала, что я превратила ее в куклу. Конечно, я никогда не настаивала на том, чтобы она носила платья с кружевами или что-то подобное. По отношению ко мне дочь стала высокомерной и агрессивной в то время, когда ее отец ушел. Она была обижена даже тем, что я никогда не приводила в дом мужчин, воспринимая мою сдержанность как доказательство того, что я ничего не знала о них и о любви. Она стала интриганкой, требовательной и испорченной. Кроме того, она ругала меня за терпимость к ее лжи и самообману. Мы жили в аду, созданном своими руками. Сегодня ей 40, а мы только начинаем ценить друг друга.

На прошлой неделе она напомнила о событии, которое было поворотным для нее. В 12 лет, незадолго до начала ее сопротивления, она настояла на встрече с отцом. Она была очень довольна. На тот момент я отказывалась от его помощи и отдала бы что угодно, лишь бы растить дочь без его вмешательства. Она хотела провести с ним лето, и они отправились в Испанию. Он был счастлив видеть себя отцом такой красивой и умной дочери. Они прекрасно провели время. Он фотограф и научил ее пользоваться фотоаппаратам и оптикой. Дочь вернулась со множеством фотографий, сделанных в поездке. В первый вечер ее возвращения она хотела показать мне свои снимки и рассказать о своем необыкновенном путешествии. Я не помню этого момента, но, кажется, я сказала, что уже слишком поздно и фотографии прекрасно могут подождать до следующего раза. Она чувствовала, как будто я сказала, что она обманула меня тем, что любит своего отца, что ее хорошо проведенное с ним время было предательством по отношению ко мне. Она пережила страшное чувство вины и никогда не показывала мне тех фотографий. А я, кажется, никогда о них не спрашивала.

Сейчас ей 40, и она несколько лет ходила к психоаналитику. Она стала гораздо более сознательной личностью, и мы можем говорить обо всем этом. Когда она была подростком, у нее не было ни слов, ни понимания, чтобы выразить то, что вызывает у нее злость.

После путешествия в Испанию она чувствовала себя так, словно ей необходимо сделать выбор: либо выбрать мою любовь и отказаться от своей привязанности к отцу, либо выбрать его любовь и отказаться от моей. Когда дочь начала бунтовать и отвергать мои чувства, моя самая большая ошибка состояла в том, что я решила, будто причиной ее подросткового гнева был ее отец, что она была жертвой его интриг против меня. Мое предубеждение затмило мне реальность. Я пыталась защитить свою дочь от ее отца, чтобы убедиться, что это он виновен в том, что мой прекрасный ангел ранен. Вот что я сделала, чтобы отнять свою дочь у ее отца. Моя дочь и я провели двадцать лет в душевном хаосе. Она страдала от того обмана, который я преподносила как неразрешимый конфликт. Она могла либо оставаться моей маленькой куклой, моей единственной любовью, либо любить отца и полностью потерять мою привязанность.

Это была только частью правды. Я хотела, чтобы дочь была только моей. Со дня ее рождения она и я были против целого мира; между нами была нерушимая, симбиотическая связь, которую не мог разрушить ни один мужчина. Она была самой главной причиной моего существования. Теперь я понимаю, что в моей абсолютной преданности было очень мало любви.

Это была моя собственная внутренняя реальность.

Я была ребенком; была обиженным подростком, требующим защиты от жестокого и равнодушного отца; у меня был неразрешенный отцовский комплекс; я была единственной в суде, кому нужна защита закона; я была единственной, кому нужна симбиотическая любовь моей дочери, исключающая отца, потому что внутри себя я не представляла, что такое Отец. Я дорого заплатила за свою незрелость – слезами одиночества и горя.

Алхимия духовного роста

Древние алхимики могли быть неудачливыми химиками, но они были бесподобны в создании метафор для невидимых процессов души. Например, они представляли, что любое развитие требует безупречного знания следующего: (а) правильное вещество (например, необходимо добавлять нужные ингредиенты по правильному рецепту); (б) верный расчет времени (например, выбрать нужный момент созревания фрукта или последовательность, в которой ингредиенты следует добавлять в котел); (в) правильная температура (например, что-то готовится на медленном огне, тогда как другое требует яркого пламени печи).

Достижение состояния взрослости похоже на процесс созревания: (а) основные ингредиенты – это любовь матери и отца; любовь является важнейшей составляющей рецепта развития молодого человека; (б) вначале появляется материнская любовь, а затем и отцовская, для каждого чувства свое время; и (в) яркость и жар материнского или отцовского комплекса должны меняться, когда происходит движение к зрелости. Ребенок все время чувствует это тепло, но иногда оно греет, а иногда обжигает. Сочетание различных агрегатных состояний вещества, продолжительность и интенсивность обуславливают безграничную сложность процесса взросления. Процесс созревания может быть качественной кулинарией с применением приправ; соки детства проходят все виды трансформации (алхимики использовали понятия концентрации, испарения, кристаллизации), заканчиваясь тонкой дистилляцией пуерильной энергии, которая сохранится во взрослой душе как обновленный образ жизненной силы и способности радоваться.

Если процесс развития пошел по неверному пути, можно использовать алхимические метафоры, чтобы предположить, какой ингредиент отсутствует в составе (где мама? кто мой папа?). Или что именно по времени была предложено слишком рано или слишком поздно (где ты был(а), когда я был(а) ребенком?). Или что произошло с количеством тепла, если душа либо сожжена, либо вовсе не затронута переменами. Ароматная приправа, точно составленная из верных ингредиентов, сделает вкус потрясающим. Готовка на очень медленном огне не захватывает, не развивает, не возвращает к алхимическим категориям, в то время как слишком высокая температура сжигает дотла, и весь процесс заканчивается неудачно. Юнгианство основано на применении алхимических метафор для описания той грани терапии, которая повторяет (и направляет) процесс развития. Эти яркие образы помогают понять, что запрет терапевта на стремление клиента к самостоятельности – это рецепт для приготовления испорченного блюда.

Терапия как алхимия

Сострадание, мягкость и забота являются важнейшими качествами в терапевтической обстановке. Ни одному психотерапевту не обойтись без этих материнских способностей – способностей играть роль Великой Матери для тех клиентов, чья «настоящая мама» потерпела более или менее сокрушительную неудачу. Теория переноса основана на такой способности нажимать на кнопки «повтор» и «монтаж». К сожалению, никто – ни один терапевт, родитель, супруг или друг – никогда не может абсолютно точно исполнить архетипическую роль Матери или Отца по той простой причине, что, будучи архетипическими, эти роли по сути не человеческие. Они намного больше отдельно взятой личности и несут в себе миллионы лет эволюции всех млекопитающих.

Достижение совершенства в воспитании, образовании или терапии невозможно. Мы можем прекрасно выполнять свои обязанности, пытаясь дать нашим клиентам, детям, студентам настолько много мудрости архетипов, насколько мы сами способны усвоить. Тем не менее, оставаясь людьми, а не богами (хотя от нас ждут божественности), мы так или иначе обманываем чьи-то ожидания. Либо родитель слишком хорош, и ему невозможно сопротивляться, либо он недостаточно хорош и слаб, либо, хотя с ним все в порядке, он скучный и неинтересный. В условиях явной несостоятельности архетипический символ Матери или Отца может быть совсем упущен психикой ребенка. Тело растет, но душа остается детской, ожидающей заботы Великой Матери, потому что реальная мать никогда не поможет в этом.

Направляясь в психотерапию, будьте готовы к переносу ранней неудовлетворенной потребности в материнской заботе. Молодые и неопытные терапевты особенно падки на мед материнской любви, проявляющейся в переносе. Они также склонны оставлять вещество на огне слишком долго, никогда не уступая место влиянию Отца. Гипергликемия навязчивого внимания и поддержки вызывает реакцию, похожую на гипогликемическую. Она приводит к возникновению сильнейшей слабости, которая граничит с самовлюбленностью и отбрасывает клиента еще дальше от понимания щедрости жизни. Так как это односторонний процесс, снисходительность склонного к материнству терапевта может привести клиентов к предположению, что особое внимание терапевта (за которое они платят) – это обычная модель отношений. Это вынудит клиента отказаться от тех людей, кто делает это бесплатно. Требование заключается в следующем: если ты любишь меня, ты будешь слушать меня так же исключительно внимательно, как мой терапевт. Такие запросы неизбежно встретят отказ: пока, позаботься о себе сам, малыш!

Ошибка новичка, в сущности, сводится не к излишней опеке. Заботиться о тех, кого мы любим, когда они нуждаются в этом, – самая естественная реакция. Ошибка не в использованном средстве, а в продолжительности его использования. Некоторые клиенты проявляют невероятную ловкость и умеют скрыто манипулировать материнскими слабостями своего психотерапевта и окружающих их людей. Они хотят остаться младенцами навсегда. Уязвимым к воздействию таких личностей терапевта делает плохая подготовка или неосознанная проблема с материнским архетипом, которая приводит к потере различения сочувствия и слабости. Терпимость может скрывать пассивность и неспособность отправиться в сферу действия Отца.

Мать, которая боится колючих разговоров за обеденным столом и любой ценой вынуждает сфабриковать видимость любви в семье, выражает не чувства, а собственные страхи. Как материнский идеал, мир за столом – это часть хороших манер, которые каждый должен уважать. Когда само согласие становится самоцелью, а разногласия не допускаются, отношения обнажают свои противоречия, и диалог очень упрощается – становится похожим на борьбу добра против зла. Каждый участник чудесен, вежлив и почтителен, но теряет время. Пока продуктивные споры игнорируется, способность семьи действовать синергетически исчезает. Пропадает один из ингредиентов: отцовское влияние.

Владения Великой Матери – это спокойное место, мирное, предлагающее основательный отдых, восстановление, безопасность, сострадательное понимание. Такая безмятежность души является одним из прекраснейших даров, которые можно отдать или получить от отношений. Эта способность принадлежит Великой Матери и является главным правилом того, кто возле детской колыбели. Дети, которые пережили жестокость, либо умирают, либо заболевают, либо получают душевную рану, которая не залечится до тех пор, пока они не испробуют то, что называют старым клише, – «молоко человеческого сострадания».

Компетентный терапевт предоставляет переносную кормящую грудь, которая помогает компенсировать ранние депривации. Страдающая душа хочет покоя. Великая Мать предлагает покой каждый раз, когда мы находим убежище в таких любящих объятиях. Эта любовь в переносе, если мы серьезно говорим о теории переноса, также предполагает наступление момента отлучения от матери. Некоторые клиенты приходят с ожиданием (и часто оно оправдывается) еженедельной дозы психологических объятий. Такие клиенты жадно набрасываются на внимание терапевта, тонут в своих душевных драмах, не прерываемые всепонимающим, любящим слушателем. Тем не менее, если это продолжается слишком долго, терапевтический эффект исчезает и появляется риск отвердевания сладкого молока.

Извини, Эдип

Тенденция к отягощению терапии материнскими качествами является логичным продолжением психологической культуры, которая преобладает над собственной мифологией ребенка. К сожалению, лучшему уроку Фрейда (возможно, единственному прошедшему испытание временем) не уделено достаточно внимания при обучении психологии.
Фрейд утверждает, что ребенка нужно фрустрировать.

Победа в борьбе за внимание матери опасна как для него самого, так и для общества. Критика Фрейда часто фокусируется на том факте, что желание ребенка обладать матерью не настолько сексуально, как это предполагал Фрейд. Однако его основная аксиома – что ребенку нужно быть «побежденным» реальностью – до сих пор актуальна. Психологическая пропаганда мифа о ребенке как жертве привела к нерешительности родителей в установлении правил. Она также способствовала увеличению количества терапевтов, склонных к материнской опеке. Они демонстрируют доброту и поддержку, но не способны помочь клиенту побороть естественный детский нарциссизм.

Работник, который ремонтирует крышу моего дома, очень добрый и понимающий мужчина. Узнав, что я психолог, он спросил меня, как ему следует вести себя с его 14-летним сыном. Он хочет объяснить мальчику, что уважение – это взаимный подарок. В то же время слишком легко быть уютно зависимым и чрезмерно требовательным. Любовь – это не разрешение на причинение вреда. Шум от его аудиосистемы, его привычка разбрасывать вещи по всему дому, непомерные телефонные счета – все это переходит всякие границы. Отец не хотел казаться старомодным и авторитарным, каким был его собственный отец, и, естественно, был неуверен в допустимости выражения своего недовольства сыном. Почему он сомневается в своей потребности в уважении?

Этот вопрос указывает на культурную проблему, а не только на его личную. Его инстинкты верны, но он не может найти правильные методы среди общепринятых представлений, потому что детям позволено посягать на семейную власть.

Если не оказать сопротивление детской тирании, гнев от потери титула маленького короля только усилится. Ярость создает тревогу и подавляет индивидуальность отдельно взятых личностей из-за утраты легитимной власти. Их психологический интеллект в основном занят попытками вернуть свое влияние.

Они всегда стараются получить как можно больше, отдав как можно меньше, никогда не понимая, что это игра, которая рано или поздно закончится осознанием того, что монархия пала. Они хотят преимуществ детства (безопасность, поддержка, невинность, ангельская безмятежность).

Кроме того (почему нет?), такие люди стремятся получить привилегии самостоятельности (деньги, секс, власть, и пусть никто не говорит им, что делать). Их невроз укреплен защитой культуры, которая называет самооправдание нравственностью, оплаченной деньгами. Грехи прощены! Ты заплатил за них.

Установлено, что подростки в развитых странах обладают пугающим доступом к экономической силе, который поддерживает иллюзию их независимости. Трагедия несовершеннолетней самостоятельности заключается не в значительности достигнутого успеха (или денег). Он никогда не восполнит раннюю потерю, потому что остается сомнение в неизбежности такой потери. Пока в мечтах о восстановлении тускнеющей власти проходят годы, основные переживания становятся безнадежными, а нарциссический гнев является отличительной чертой инфантильных взрослых. Те, кто их любит, тоскуют о том, что могло бы быть.

Сбалансированный подход к терапии

Вместо подходов, основывающихся на материнской позиции (питающая грудь), и подходов, использующих отцовские методы (более строгое отношение), подготовка терапевтов должна развивать алхимическое искусство и понимание, какое именно вещество необходимо, когда (время) и в каком количестве (интенсивность). Бывают периоды, когда душе нужна колыбель, в которой она переродится; также случаются моменты, когда требуется практика военных действий. Для борьбы с монстрами, населяющими душу, нужна смелость и решительность. Искусство психологической войны требует качеств архетипа Отца.

Буддизм и индуизм являются прекрасными примерами духовного воспитания в мире и любви, но с военными добавками. Новичок обучен сражаться с негативными мыслями, вести войну против неугомонного эго – обезьяны, которая должна находиться под контролем. Подобно этому, опытный терапевт знает, когда покинуть Великую Мать и отправиться к Отцу с его воинственным мировоззрением.

Известный аналитик Мария-Луиза фон Франц была широко известна своим провокационным, отцовским стилем работы. Она была нетерпелива по отношению к клиентам, влюбленным в свои душевные раны. Она могла просто отказаться от клиента, если видела у него недостаток решительности. Она, казалось, говорила: «Возвращайтесь, когда будете готовы к борьбе. Я не собираюсь терять время на плачущее дитя».

Ее терапевтические методы вызывали критику – более всего ее жесткость и немного странные привычки. Однако, возможно, ее интуиция была верной. Бывают моменты, когда терапевт должен следовать методам военной подготовки.

Слабому внутреннему ребенку нужен учитель, который превратит его в маленького каратиста. Если терапия предлагает преимущественно эмоциональную поддержку и комфорт, она может дополнить опыт слабости. Чтобы разрушить детские иллюзии, клиент должен хотеть чего-то, кроме любви и присмотра матери.

Регулярность, с которой мне встречались начинающие терапевты, неспособные «отлучить от груди» клиентов, отражает всеобщую проблему – с архетипами Матери и Отца одновременно. Она сопровождается иллюзией, что если бы только психика могла быть «излечена» от своего невроза, это привело бы к чему-то похожему на материнский рай гармоничных отношений, дружных семей, приятного общения, эмоционального комфорта. Что пропускается этой фантазией о материнском счастье, так это осознание необходимости отказаться от привязанности к матери. Навязчивая материнская опека, которая действует как догма, упускает тот факт, что ребенок нуждается не только в компетентной заботе, но у него также существует потребность уйти, как только он сможет принять мир как Космическую Мать и начнет действовать самостоятельно.

Психологический матриархат искажает выводы подобно той политкорректности, которая оправдывает лицемерие и обращение к неведению. Кто не слышал о терапевте, который действует мягко и безусловно поддерживает клиента. Не потому, что это необходимо для восстановления образа матери, и не потому, что терапевт попался слишком жалостливый.

На самом деле не достигший зрелости клиент незаметно дает понять, за что именно он платит. Пациент оказывается в худшем положении, чем раньше, но терапевт возвращается к другим «клиентам».

Подлинное стремление стать психотерапевтом, как выбор любой профессии, подразумевает способность быть готовым к риску. Все ингредиенты любви также опасны; терапия – как всякое знание – вредна, если заботится преимущественно о деньгах и славе. Цель требует самоотверженности. Иначе это всего лишь работа, а не призвание.

Мамина отставка

Моему сыну 35, он талантливый художник. Он усердно трудится, как и я. Моя жизнь наполнена им, хотя он и не думает об этом. Так как я живу одна, я всегда была рада его видеть. Думаю, он считает, что для меня ничего лучше не придумаешь! Честно говоря, я мечтаю о времени, которое мы проводили вместе. В этом году каждый наш запланированный совместный ужин заканчивался отменой. На прошлой неделе он написал мне электронное письмо, «Привет, мам. Я приеду в среду. Мы можем поужинать у тебя? Я мог бы подъехать к шести. Я привезу вино». В тот день я ушла с работы пораньше и купила все, что нужно, чтобы приготовить его любимое блюдо. Я действительно радостно предвкушала встречу. Я налила себе стакан вина, пока готовила, и ждала его. Он не пришел!

В очередной раз у него была уважительная причина. До этого случая я реагировала как понимающая мать: «Не волнуйся, милый. Мы встретимся в другой раз». В тот момент я стала женщиной, которую достала забота о ребенке. Я почувствовала себя совершенно другим человеком, вынырнувшим на поверхность – не матерью, а женщиной! Я сказал ему: «С этого дня, если ты хочешь зайти на ужин, ты знаешь мой адрес. Если я дома, мы закажем пиццу. Больше никаких договоренностей». Я сказала это не грубо, но безоговорочно. Вечером в следующую пятницу он без предупреждения явился ко мне в офис. Мы отправились ужинать и прекрасно провели время. Думаю, моя отставка с должности мамы полезна не только для меня, но и для сына. Он считает, что женщина должна быть бесконечно терпимой и предупредительной по отношению к нему, как его собственная мать. Но правила отношений между мужчиной и женщиной не похожи на правила между матерью и сыном.

Ты наконец-то любишь меня? Слишком поздно!

Один из парадоксов жизни заключается в том, что любовь часто предлагается в тот момент, когда окончательно махнешь на нее рукой, потому что плата за нее кажется слишком высокой. Я прошу дать мне ласку, сексуальное удовольствие, уважение, помощь, поддержку. Но взамен преданности получаю не более чем оскорбление и душевную кровопотерю.

Многократно повторяющийся результат терапии: именно в тот момент, когда клиент начинает чувствовать независимость, контрагент открывается и начинает выражать то, что было скрыто. Это не совпадение. До тех пор, пока клиент поет в тональности «не покидай меня, иначе я умру», другая сторона не в состоянии ответить, она сопротивляется эмоциональному вымогательству, и взаимность невозможна. Когда чувство самоуважения и независимости восстановлено, это приносит либо возможность для оказания помощи, либо приводит к концу отношений, основанных на невротической зависимости.

Симбиотическое состояние может быть удобным, потому что это самый короткий путь: смягчить экзистенциальную боль, принесенную свободой, – это полностью снимает бремя независимости. Как отметил Юнг, терапевт вряд ли сможет помочь клиенту, который просто влюбился и находится в состоянии сексуального блаженства. Медовый месяц уместен только до того момента, пока симбиоз полезен, потому что сексуальность симбиотична от природы. Это время, когда кажется, что любовь решает все жизненные проблемы.

«Мы» и «нам» – самые часто используемые слова в этот период. Мы со всем справимся. Мы – одно целое. Вместе мы сильны. Наша любовь непобедима. Мир вертится вокруг нас. Медовый месяц соединяет, связывает, смешивает обоюдные чувства и растворяет влюбленных в общем экстатическом взрыве удовольствия, что предвещает скорый провал. К сожалению, чувственные отношения недолговечны, и каждому партнеру предстоит вернуться в собственную шкуру, до следующего объятия. Для того чтобы пережить любовь, иллюзия единства должна быть разрушена, а отцовский закон признан. Если материнская симбиотическая мечта осуществится, отдельные личности начнут психологически рассыпаться.

Пары выбирают друг друга в соответствии с подсознательным замыслом, который делает возможным всестороннее развитие не только их способностей, но также их неврозов. Иногда желание подобрать себе пару под стать нашей слабости притягивает к нам тех, кто давит на нас. В таком случае мы рано или поздно будем вынуждены развиваться отдельно от них.

Я женился на запале для бомбы

Я выбрал жену, которая все время давила на мои слабые места. Мы постоянно ругались по разным поводам. Мой неразрешенный материнский комплекс вышел на первый план. Как только я женился на ней, она стала указывать на мои проблемы; она поступала очень жестоко, постоянно. Я делал то же самое по отношению к ней. Думаю, я женился на ней, потому что мне нужно было уйти раз и навсегда от разрушающей матери. Наш союз был подобен аду, где мы либо умрем, либо чему-то научимся. Я научился. Я перестал ждать заботы и начал дышать самостоятельно. Что случилось с ней, я не знаю.

Его неосознанная стратегия заключалась в выборе партнера, который еще меньше, чем он сам, понимает, что происходит. Он выбрал женщину, которая категорически отказалась расторгать невротическое соглашение. Она не могла остановиться, ведь если только он…

В начале их отношения были обнадеживающими, потому что позволяли пребывать в пассивности. Как только он занялся самоанализом, то больше не мог выносить этих отношений и разорвал их. Ее отказ развиваться преподал ему два существенных урока: (1) каким партнером не надо быть; (2) инсайт, что психологическая стагнация для него не выход.
В следующем примере отказ жены от отцовского принципа впервые проявился как привлекательный аспект ее женственности, тот тип привлекательности, который очень женственная женщина может проявить в адрес мужчины, анима которого неразвита.

Моя красивая женщина всего лишь зеркало

Моя жена похожа на коробку, спрятанную в очень красивую бумагу, прекрасно упакованную, тщательно продуманную, причудливо завернутую и пустую внутри. Кто-то спросит: «Она пустая?». И красивая коробка ответит: «Да! У меня внутри ничего нет. Вся моя сущность в упаковке. Я пуста; вот почему ты влюбился в меня. Ты можешь представить, что хочешь; ты можешь решить, что будет внутри коробки. Используй свой талант, и я дам тебе иллюзию успеха. Положи туда свой хаос, свою слабость, свои секреты, и я, чудесная коробка, спрячу твой беспорядок даже от твоих глаз. Я могу быть твоим тайником или твоей витриной. Слушай меня внимательно; это все, что я собираюсь дать тебе. Дать что-то большее – это слишком сложно».

Она держала меня в своей зеркальной игре до тех пор, пока я не начал понимать, что я был совершенно одинок. Она была рабом превращений, общественных представлений о женственности, всего лишь зеркалом. Я помню ужасную неделю, которую она потратила на покупку правильных туфель к зеленому костюму, который она приобрела за неделю до этого. После пятидневной беготни по улицам всего лишь ради туфель нужного цвета она в итоге нашла верный оттенок зеленого и спросила меня, считаю ли я их подходящими. Я был равнодушен к ее тревогам и ответил рассеянно. Она решила, что недостаток энтузиазма у меня значит, что туфли ей не подходят. Она начала искать другое платье, которое могло подойти к ним! Вот когда я начал изменять ей с женщиной с работы. Она чувственная, веселая, беззаботная, ее одежда совершенно лишена стиля. Хотя я думаю, что жена не знает о моем романе (или делает вид, что не знает), недавно она стала выпивать после обеда. Я оставил попытки наполнить ее душу, она как пустая, холодная бездна; я хочу уйти. Я вижу в зеркале себя: мой страх, робость, пустоту в себе, которая притягивает меня к пустоте в ней.

Разговаривая с детьми как философ

Я считаю, это возможно – говорить с детьми так, как это делал бы философ. К тому же я стараюсь общаться с ребенком в основном как с равным, а не как с подчиненным. Это самый верный способ покинуть материнский кокон. Он действует на всех, кто боится расправить крылья. Если философская установка не путается с посланием ребенку, что он может делать все, что ему нравится (это провал в воспитании), то можно с этой философией двигаться дальше. Ребенок пойдет за авторитетом родителя, монарха, терапевта, а выразителем философии станет тот, кто захочет взять ответственность за него.

С самого начала жизни каждый ребенок благодаря самому факту прихода в этот мир может рассматриваться как принимающий решение (неосознанно) – жить или умереть. Процесс обучения ребенка принятию ответственности не надо представлять как нечто насильственное; это значит просто объяснять ему, что всегда есть выбор. Одна из моих клиенток, которая растила сына одна, хотела просто поработать над формулировками. Мы вместе составили для нее маленькую речь.

Ниже представлен разговор, который у нее, в конце концов, состоялся с ее пятилетним сыном: разговора о доступных ему духовных ценностях.

У тебя есть выбор

Твой биологический отец не хочет быть отцом. Он сказал, что в глубине души знал, что не смог бы стать хорошим папой, и исчез до твоего рождения; он никогда больше не появлялся. Кажется, ты действительно хотел бы родиться при других обстоятельствах, но ты здесь. В пять лет ты уже знаешь, как быть сильным и здоровым мальчиком. Сейчас ты должен понять еще кое-что: то, что ребенок может быть воспитан не одним отцом, а множеством разных людей. Не обязательно нужен тот, кто отдал свой маленький сперматозоид. Множество детей рождены без всякого знания о том, откуда они взялись. Иногда доктор дает маме ее будущего ребенка в маленькой пробирке и оплодотворяет яйцеклетку. Тот, кто дал свой сперматозоид, всего лишь часть твоего отца, и эту часть ты получил.

Дедушка, когда он учит тебя пользоваться электродрелью, дает тебе то, что мог бы дать твой отец. В некотором роде, это даже лучше, ведь дедушка знает об инструментах намного больше всех, с кем я знакома. Твой учитель плавания, которого ты обожаешь, учит тебя плавать, как мог бы это делать отец. Мой брат, который приглашает тебя погостить в домике у озера каждое лето, любит тебя, как любил бы любой отец. Ты можешь оценить это. Моя сестра, настоящая хулиганка, учит тебя, как завязывать веревку в сложные узлы, как размахивать ногами в стиле кун-фу. Несмотря на то, что она девушка, она может дать тебе многое из того, что мог бы дать отец своему сыну. Если ты решишься, то сможешь научиться всем этим фокусам, которым мог тебя научить отец. Со временем ты, возможно, поймешь, что получил даже больше, чем мог быть дать самый лучший папа.

Эта женщина очень мало говорила с сыном как мать, используя дружеское общение вместо поучения. Она не стремится выполнять обязанности отца; вместо этого она указывает на предоставленные сыну возможности – пусть он возьмет то, что ему предлагается. Всякий раз, когда кто-то выражает потребность, нужду, боль, это склоняет нас к исполнению роли Великой Матери и вынуждает оказывать поддержку тому, кому чего-то не хватает. Материнский инстинкт – естественное явление для того, кто любит. Тем не менее, опытный психотерапевт также видит его темную сторону и понимает, когда время активности Матери истекло.

Аллан Гуггенбюль. Зловещее очарование насилия: профилактика детской агрессивности и жестокости и борьба с ними.

(Аллан Гуггенбюль - швейцарский психолог и психиатр, психоаналитик юнгианской школы, президент Института по оказанию помощи в разрешении конфликтных ситуаций).

Чтобы понять значение и роль отношений родителей и детей, нам необходимо сделать шаг назад. Следует посмотреть на ситуацию со стороны и подумать о глубинной подоплеке значения семейных отношений. Помимо чисто личного аспекта, отношениям родителей и детей присущ архетипический характер.

Это означает, что проблемы, возникающие в отношениях родителей и детей, обязаны своим возникновением не только особенностям характера данной конкретной матери, темпераменту отца или особенностями биографии ребенка, но и безличному фактору в качестве частичной инсценировки драмы, отвечающей глубинной потребности души.

Отношения родителей и детей являются отражением уходящего корнями в седую древность клише, матрицы отношений, готовой всегда воплотиться в жизнь. Характер внутрисемейного общения детей и родителей складывается в результате усвоения своего и чужого опыта лишь отчасти. Родители и дети во многом просто слепо следуют по путям, обозначенным в нашем бессознательном. В контактах с нашими детьми наши сугубо личные психические реакции постоянно окрашиваются и модифицируются архетипическими силами и влияниями. Наша потребность в отце и матери идет дальше потребности в них как конкретных лицах, выступающих в этой роли - мы испытываем потребность в отце или матери как таковых, в безличностных величинах.

Это с одной стороны проявляется в свойственном всем родителям желании оберегать и защищать своих детей, всячески о них заботиться, а с другой стороны выражается в наших страхах, равно как и в том факте, что большинству детей хочется видеть в своем отце не просто друга, но прежде всего его соответствия образу отца в их понимании - ведь и в школе учителю мало быть хорошим товарищем - он не должен выпадать из своей роли ментора.

В архетипической перспективе отец и мать служат выражением противоположного полюса. Детской неустойчивости и колебаниям, любопытству, наивности и дерзанию противостоят родительские стабильность, защита, опытность и осторожность. Поймите меня правильно: какой бы незакомплексованной, прогрессивной и открытой новым веяниям ни была позиция, занимаемая родителями лично, - она нисколько не меняет их извечной архетипической роли, в которой они выступают по определению. Она вынуждает их отстаивать консервативные ценности и звать назад ("von gestem" zu sein) совершенно независимо от качества их жизни и от занимаемой ими позиции по конкретным вопросам.

В качестве архетипов они не могут быть прогрессивными, не могут идти в ногу со временем. Архетипический сценарий требует от родителей придерживаться ценностей, идей или поведенческих стереотипов, относящихся к прошлому. Обретение детьми собственной позиции, их самоидентификация в качестве первооткрывателей новых горизонтов возможны лишь в случае признания родительских взглядов заведомо ретроградными и отсталыми.

Дети нуждаются в том, чтобы отец был озабочен и обеспокоен поведением своего сына, "не укладывающегося ни в какие рамки", им необходимо яростное возмущение матери, гневно выдергивающей из рук своего дитяти игрушечный пистолет. Дети не смогут реализовать себя в полной мере, они не смогут позволить себе оставаться наивными и безответственными, если родители перестанут придерживаться оградительных, консервативных и порой совершенно отживших тенденций. Озабоченный родительский взгляд предоставляет ребенку необходимое психологическое пространство для экспериментов над собой и окружением. В случае отсутствия полюса жизненной ориентации, маркируемого позицией отца и матери, дети не могут безнаказанно позволить себе куролесить и выражать диаметрально противоположные взгляды.

С точки зрения архетипической символики родители и дети являются персонажами драмы с четко очерченным сюжетом и возникающими коллизиями, каждый раз наполняющимися новым содержанием. Эта драма повторяется из поколения в поколение. По этой причине решающим в деле воспитания оказываются не ценностные ориентации, а манера их преподнесения, подачи.

Страхи относятся к той же категории. Страхи и опасения родителей отчасти заимствованы ими самими от своих детей. Дети избавляются от своих страхов, перекладывая их на "плечи" родителей. Избавление от страхов высвобождает их силы, дает им возможность более беспрепятственного развития. Тринадцатилетний мальчик рассказал мне, что когда у него не ладилось с учебой, он принимался пугать родителей перспективой исключения из школы по причине неуспеваемости. Родители каждый раз были в шоке и сильно тревожились. Мальчик же со спокойным сердцем отдавался любимым играм, решив, что теперь это "их заботы".

Родителям приходится бояться в силу своей архетипической роли. Страх перед детьми диктуется нашей ролью в качестве отца или матери: с одной стороны, нас пугает возможность того, что они подпадут под чье-либо дурное влияние, с другой стороны у нас нередко вызывают тревогу и опасение за их судьбу их собственные шокирующие нас поступки. Однако все это вписывается в рамки архетипической роли отца или матери.

В рамках данных отношений родители берут на себя ответственность за часть тени. Их задача - оберегать детей от негативных сторон окружающей нас действительности. Хотя мать и отец и представляются детям старомодными, перестраховщиками и видящими во всем плохое, их в глубине души радует то обстоятельство, что родители взяли на себя обязанность следить за тем, как бы чего не случилось. В случае, если родители забывают об этой своей функции, дети зачастую чувствуют себя не в своей тарелке. Отказ родителей от соответствия своей архетипической функции приводит детей в крайнее замешательство. Где стена, от которой они могут оттолкнуться, чтобы взять в руки жизненный штурвал?

То, что мы являемся противоположным полюсом, вынуждает нас постоянно бояться своих детей и бояться за них самих. Определенная доля насилия в ученической среде порождена отказом современной школы и учителей от выполнения этой функции. Стремление педагогов к нахождению консенсуса по любому поводу и их желание решать все вопросы коллегиально лишает учеников возможности видеть в них оппонентов. Следствием этого может быть эскалация насилия, не прекращающаяся до тех пор, пока не наступает желанная ответная реакция.

Задача родителей - служить противоположным полюсом, чтобы у детей была возможность переложить на них свои страхи, опасения и колебания. Детям необходимо, чтобы отец озабоченно поднимал брови в ответ на рассказ дочери о том, что она принимала участие в народных гуляниях (Kirmess), им требуются настоятельные требования матери, чтобы сын к девяти часам вечера был дома. Страх, внушаемый детьми своим родителям и опасение родителей за судьбу своих детей - необходимое условие для нормального развития детей, служа гарантией необходимой им защиты и опеки. Родительские страхи обеспечивают детям пространство для маневра в их поисках и дерзаниях.

«Безотцовщина», которая удерживает в памяти Образ, «умершего» отца - есть состояние, как переданное достояние. Когда этого отца уже нет, то его личность не оказывает влияния на окружение, а только то, что он оставил после своей смерти, и то, что становится объектом для обсуждения, принимаемым или отвергаемым. К чему я приближаюсь? Те открытия, исследования и место, семья, где жил отец - все взаимосвязано, как потребность оставить наследство своим детям и чужим. И выбор, в первую очередь, своих и далее чужих, связан и с тем, кто является наследником, в буквальном и символическом смыслах? Так и мы, выбирая своих авторитетов, проецируем на них своих и чужих, то есть, принимающее и отвергаемое, сознательно и бессознательно.
Женщина всегда знает, что ребенок, которого она родила, ее. Мужчина может в этом быть не уверен. В этом и состоит страх, стать отцом чужому ребенку. И психологически, такой страх проецируется и на женщину, как собственное недоверие «самца», постоянно желающего соития. Отвержение этого его желания, в переводе на психологический язык, и может стать причиной не признания силы, власти авторитета, которое необходимо компенсировать другим способом.
Каким способом в современном мире происходит эта компенсация?
Недавно я написала эссе «Мир моих отцов», участвуя в конкурсе на юнгианской конференции «Отцы и дети», которая проходила в Москве 05–07 октября. И на ней присутствовало много людей, являющихся для меня авторитетными в пространстве аналитической, архетипической, арт-терапевтической, и других направлений глубинной психологии. И не в смысле их величины, а в понимании и разделении общего языка, способного к взаимному творчеству и сотрудничеству.
Отрывок из этого эссе:
«Мы носим своих отцов в своем сердце, душе, уме, критериях оценки, телесности, принадлежности к стае через животный мир… Чтобы мы ни делали, мы говорим от их Отчества, как наделенного наследства, приставленного к нашему Имени. Я есмь и в связи с Ним. Это переживание в величии и малости, уважении и претензиях, достоинствах и слабости, все это всегда со мной! Когда нас двое и мы в диалоге, то я могу вспоминать прошлое, возвращаясь каждый раз, когда захочу. И только тогда, когда я встречаю Другого, как другую пару в их собственном диалоге, нас становится Четверо.
И что тогда? Что происходит, когда эти Двое Отцов, через нас вступают в отношения?
Мы можем вообразить, что как- будто, отходя в сторону, оставляем их наедине…»
Выбирая внешние ориентиры, через проекции мы бессознательно находим среди множества людей именно тех, в ком есть наш собственный отец и тот, каким мы хотели бы его видеть. То есть, именно Квадрига, Четверица присутствует в этом Образе, как интроекте Отца реального и вымышленного…
В какой момент, в каком возрасте мы начинаем прибавлять Отчество, как Парность и близость к Отцу через чувство, которое есть к нему, которое греет и защищает, учит и поддерживает, наказывает и заботиться?»

"Если вы намеренно собираетесь стать
менее значительной личностью,
чем позволяют вам ваши способности,
я предупреждаю, что вы будете
глубоко несчастливы всю жизнь." Абрахам Маслоу

В этих словах уже есть вопросы, заставляющие искать ответы. Здесь обозначена и та реальность, которая тоже может быть объективно определена и в своих пределах.
Отец, который может признать Первенство Сына, когда тот пытается с ним состязаться, способен передать эстафету тому, кто может продолжить начатое…
Мать, способная отделить своих сыновей, и сама способная выдержать свое невмешательство, дает им возможность в будущем стать отцами…
Если вспомнить, что первая научная работа Маслоу была посвящена взаимосвязи сексуальности и социального поведения у приматов, то именно эволюция от самца к отцу и заложена в этом послании. Самоактуализацию по Маслоу можно раскрыть через актуальность Самости, которая связана с Эго. Именно через эту связь, как актуальность на протяжении жизни, в ее последовательных, временных этапах. И конечно это связано с эволюцией психологческого развития отца, который учится заботиться о своем потомстве, о матери своих детей.
Войны, политические события, перемещения и завоевание новых территорий - все это отражается на формировании структур Психе, как передающихся по наследству, и что восстановление таких структур, посильно именно Женщине.
"КОМПЛЕКС ИОНЫ - безотчетное внутреннее сопротивление полной реализации заложенных в человеке способностей, выступающее препятствием на пути личностного роста. Одно из важных понятий теории самоактуализации, разработанной А. Маслоу.

В Книге пророка Ионы, составляющей одну из частей Ветхого Завета, повествуется о том, как Господь предначертал человеку по имени Иона роль пророка, с тем чтобы тот донес слово Божие до погрязших в грехе жителей Ниневии. Но Иона был очень напуган и предпочел уклониться от предначертанной ему роли (уже в древние времена было очевидно, что люди неохотно прислушиваются к истине и пророков не жалуют). Иона поспешил на корабль, который увез бы его подальше от Ниневии. Однако беглеца настигли еще более суровые испытания, чем те, что он мог вообразить, - выброшенный за борт во время шторма, он был проглочен китом, и трое суток провел в его чреве, прежде чем был извергнут на землю. Пережитые испытания помогли Божьему избраннику проникнуться ролью пророка и достойно ее исполнить.
Яркий образ библейского Ионы был избран Маслоу для придания наглядности и убедительности тому явлению, которое он усмотрел в человеческой психике.

Понятие комплекса, широко используемое в глубинной психологии, может показаться чужеродным для психологии гуманистической, одним из лидеров которой выступал Маслоу. Однако такое радикальное противопоставление этих двух направлений мировой психологии было бы ошибочным упрощением.
Достаточно сказать, что само понятие «самоактуализация», введение которого нередко приписывают Маслоу, впервые было использовано еще Карлом Юнгом. Теорию Комплексов Юнг разработал в 1902 году.
Немаловажно и то, что Маслоу испытал непосредственное влияние таких ярких фигур глубинной психологии, как А. Адлер, К. Хорни и Э. Фромм, с которыми он был лично знаком.
При внимательном анализе работ Маслоу становится очевидна перекличка его рассуждений с некоторыми идеями названных авторов. В частности, это касается и комплекса Ионы.
Рассуждая о личностном росте, Маслоу справедливо указывает, что этот процесс - порой болезненный и небезопасный. Точно так же Фромм, говоря о свободе, отмечал, что она не тождественна безответственности.
Напротив, свобода с необходимостью предусматривает серьезную личную ответственность человека за каждый свой жизненный выбор, за собственную судьбу. Именно поэтому для многих свобода представляет собой не столько благо, сколько непосильное бремя, от которого они стремятся избавиться.
«Бегство от свободы» - механизм, блестяще описанный в одноименной книге Фромма, - состоит в том, что заурядный человек предпочитает уступить обременительную свободу в обмен на гарантированный минимум стабильного благополучия.
Существует такой внутренний процесс, как отвержение женской сущности, дабы и удвоенный схожестью взглядов. Используя часть Целого, Другой проецирует вовне не только знания, но и саму Передачу знания, исключая бессознательно Теневую сторону. И каждый раз, наталкиваясь на внешнее, визуальное восприятие, например, в виде слова, заряженного определенной эмоцией, или портрет, бессознательно происходит вытеснение и того, с кем такие ассоциации и рождаются. И этот подход, как один из многих, и ведет по Пути исследования Бессознательного, как Коллективного, так и Личного.
Архетипическая психология, как структура взаимодействия разных архетипов, как они представлены в Коллективной психике, как Индивидуальное встроено в это Психическое пространство - это и есть метод, помогающий Человеку развиваться и жить, творить собственную жизнь. Мифы могут помочь понять их манифестацию через поведение людей, отдельной личности, общества и сообщества. Само сообщество людей, определенная группа, может тоже создать свой Миф, бессознательно или осознанно, делегируюшая свои цели и желания в другое пространство людей… И это, своего рода проекция уже группы людей, объединенных определенной целью.
Семья, имеющая свой миф, и даже проявленный через Образы, представленные в искусстве, литературе, поэзии, музыке, кинематографе, может исследовать свой миф.
Зачем это нужно, спросите Вы? Возможно, это чужой, устаревший миф? Возможно ли его изменить? Подходит ли этот миф детям?

5184

• Тема закрыта

Комментарии ( 38 )

Сегодня ночью мне пришло сообщение от моей подруги по институту ЛИТМО, с которой мы встречаемся 1 раз в год. У нее умер отец, которому было 93 года. И мы с ней встречались 21 октября, чтобы отметить 7 годовщину со дня смерти нашей общей подруги Надежды.
Семь лет назад, через неделю после ее смерти, 28 октября 2005 года я защищала диплом "Индивидуация и Мир в работах Карла Густава Юнга". И в этом дипломе, который мне очень трудно пришлось защищать, есть моменты, о которых и писал Абрахам Маслоу, на своем языке. Я тогда не знала о "Комплексе Ионы". Присутствующий и отсутствующий отец, как и возможность возродить в Себе Самом то, что станет собственной опорой в Будущем.
Отец вводит ребенка во Внешний Мир, и потом он делает это уже Сам. Как он это делает, возможно и так, как учил его собственный отец, дедушка. Для девочки, женщины ее собственный отец, и в будущем, как интроецированная Опора, остается и вместе с Матерью, как тем союзом, который был между ними. Это Пространство между Ними, есть и Поле, как почва, благодатная, сухая, ясная, туманная, озвученная, молчаливая, радостная, печальная и т.д.
И тогда могут установиться Важные точки опоры, как Рождение и Смерть, то есть События, окрашенные Чувством. И потребность, как и это Чувство, могут стать сущностью в дальнейшей жизни, как сопровождающее рядом с Человеком.
Это, своего рода, Аура присутствия с самим Человеком. И в какой-то момент необходимо рассмотреть эту Ауру.
То есть, может быть Невидимое Сопровождение, когда только тот, кто понимает это, становится Проявленным.
Молчание - это тоже сопровождение, как Тишина, как Осень, которая, умирая, готовится к Зиме. И Время Года, когда прожитые годы, приносят разные темы для размышлений. Даты, как вехи на дороге, могут помочь развернуть Перспективу...

Ответить

Зевс, Посейдон и Гадес составляют первое поколение богов-олимпийцев мужского пола. В них отражены три аспекта архетипа отца. Они разделили мир между собой, и каждый был полновластным хозяином своего царства. Архети-пическое и метафорическое значение каждого бога неразрывно связано с его царством: Зевс и небо, Посейдон и море, Гадес и подземное царство. Зевс владел также и землей, хотя по договору она ему не принадлежала.
Зевс управлял всем. Он был главным богом и обладал личными качествами, свойственными властным отцам, царям, руководителям корпораций, армейским командирам и вообще мужчинам, занимающим высокие посты. Посейдон и Гадес отражают теневые качества Зевса - те аспекты архетипа отца, которые власть имущие мужчины подавляют или игнорируют. Кроме того, конечно же, эти боги представляют отдельные психологические модели.
Биологическое отцовство и архетип отца не связаны между собой. Может быть, прочтя обо всех трех богах-отцах, вы не узнаете своего отца ни в одном из них, поскольку его среди них просто нет. Возможно, он подобен одному из сыновей-олимпийцев, - а каждому из них свойственна своя собственная манера отцовства. Не всеми человеческими семьями правит Зевс, но в каждом патриархальном обществе очень четко проявляется его влияние.
В культуре патриархальных обществ Зевс является главенствующим архетипом и играет значительную роль в психологии мужчин. Как и мир греческой мифологии, психику мужчины можно разделить на такие части: царство сознания и ума, откуда происходит власть, воля и мысль (Зевс); царство эмоций и инстинктов (Посейдон), которое многие люди подавляют, недооценивают, а иногда и вообще вытесняют за пределы сознания; и сумрачное пугающее царство невидимых поведенческих моделей и безличных архетипов (Гадес), куда многие люди получают доступ только в снах.
В отличие от этих трех богов, представляющих собой устойчивые архетипи-ческие модели и ограниченных своими владениями, человек обладает потенциальной возможностью доступа во все три царства, - он может сознательно двигаться по этим территориям и интегрировать те или иные их аспекты в свою личность на сознательном уровне.
Обстоятельства рождения этих трех богов-правителей воспроизводятся в жизни многих мужчин. У Зевса, Посейдона и Гадеса был отчужденный отец, чья враждебность к детям обусловлена страхом, что они его свергнут или превзойдут, и беспомощная мать, горевавшая оттого, что не может позаботиться о своих детях и даже защитить их. Многие из нас родились в таких семьях. Более того, какой бы ни была наша семья, мы все живем в условиях патриархата, где больше всего ценится власть, и мужчины, которым удается добиться ее, пользуются особой благосклонностью общества

Ответить

то, возможно, оттенок событий, которые происходят, уже иначе проявляют действительность...

Ответить

Здравствуйте Ирина. С интересом прочел Вашу статью. Безмерно рад за Вас, за Вашу позицию, за реальное существование "обратной связи", Вашему мировоззрению.К сожалению в моих реалиях такие масштабные метаморфозы практически невозможны(всё как правило сводится к частным кухонным разговорам(не считая интернета) Могу добавить одно к данной теме. Тональностей в композициях призрачной госпожи свободы, аргументации свободомыслия, ощущения воли духа, значимости свободной творческой личности в этом калейдоскопе человеческой чувственности, превеликое множество(и на эту тему у меня есть небольшой стишок(если найду в своих"зарослях"приложу)Но я уверен в одном, при всем многообразии мнений, концептуальных теорий этого "неблагодарного" направления, есть одна истина, непоколебимая и всепобеждающая.Истина жизни, с бесконечным осмыслением её ценностей, осмыслением человеческого "Эго", его места в открывшемся ему мире в целом, и в его социуме в частности. Сколько существует мнений, теорий, каким образом наш многострадальный народ, попал в такую извините меня "мясорубку" и почему мы сейчас находимся там, где находимся, а точнее на задворках цивилизации, с ядерной дубинкой и банкой керосина в руках, отчего культура держится на вымирающих энтузиастах, отчего в образовании творится настоящая вакханалия, иначе не назвать, и так далее, и так далее, и так далее..., перечислять порочность системы можно бесконечно. Но о теме. Свобода, жажда свободы, доброта, самоотверженность, самоуважение и т.д. категории не убиваемые, вечные, как и категории порочные. Этот дуализм неизбежен, он будет существовать вечно,(у меня есть на эту тему мини- пьеса "Диалог", будет время прочитайте, она короткая) пока жив человек, пока мать рожает детей. жизнь всегда довлела и будет довлеть над смертью, иначе -крах.(поэтому, я культивирую архетип матери, Евы) И это делают все неравнодушные, адекватные люди, пусть по разному, но делают. Деяния эти на первый взгляд незаметны, а посему "неблагодарны"(это не утверждение, это просто эпитет) люди воспринимают их как данность, и это хорошо. И мы с Вами этим занимаемся, пусть не так ярко, как А. Солженицин, но вносим посильный вклад. А для Солженицина писателя, его борьба, это триумф. Для Солженицина человека и гражданина - трагедия.Увы. Мы ещё не доросли до его космической Воли, до космической Воли Толстого и Достоевского, мы пребываем в плену образов В. Высоцкого, и пока он будет актуален, мы будем в нём пребывать, к сожалению. Я уже где-то писал, что не поверю ни при каких обстоятельствах, что человек, проникший в суть творчества Л.Н. Толстого, может сесть за руль в пьяном угаре, и убить человека, а то и не одного, нет, он будет давить их под "Охоту на волков". Так что нам с Вами ещё работать и работать, и не только нам. С уважением Леонид Раин.


Свобода, вечная невеста, на выданье который век,
С надменным смотрит интересом, что ей предложит человек.
Пред троном, деклараций кипы, концептуальных миражей,
Их гениальные страницы, гниют под натиском дождей,
Слезливых откровений девы, от вновь, несбывшейся мечты.
Богов невинность недоступна, мечтам порочной суеты…
И рушатся колоссы мысли, на эшафоте временном,
Сдвигая бытия границы, в небытия кривой излом.
Всё ближе к краю жуткой бездны, разверзнувшей объятья мглы,
Всё дальше, от принцессы вечной, уставшей, от людской любви.

Ответить

Добрый день, Леонид! Спасибо за Ваши глубокие мысли, которые я во многом соединяю со своими. Я осознанно изменила название заглавной темы, как продолжение того, что возможно, когда нет конфронтации там, где есть творчество...
Архетип Отца и Архетип Матери - это универсальная структура, которая присутствует всегда в Психическом, как ось кристалла, вокруг которого расходятся всевозможные образования... А представление об Отце и о Матери, формируется с самого рождения, когда Ева и Адам потеряли девственность, то есть в них что-то проснулось, как разбуженное желание... И тогда Великий Отец тех, кто ослушался, выгнал в Жизнь... Как бы отверг.
Непослушание, как и послушание, слышать и не слышать, это все процесс, когда ограничение может поставить слишком большой барьер для свободного движения...
Когда Поэт читает свои стихи вслух на публике, то, переводя на психологический язык, Стихотворение теряет девственность. А девственность только для этого и нужна, чтобы ее потерять, как возможность нового рождения...
Как принимает Публика эту "потерю", как снятое покрывало, покров, по крови...?
Так и Свобода, она сама по себе не существует, а только как Понятие.
Писать о свободе, и что-то делать свободно - в этом и есть связь или разрыв в желаниях и действиях.
И там, где постепенно действия переходят Барьер слишком сильного послушания, Ева становится женщиной и матерью.
Адам становится мужчиной и отцом. Творение, в любом его выражении, когда еще с детства ребенок себя проявляет, и есть Встреча потери и приобретения, как выход из Рая и вход в Иное...


В 2007 году в самый Новый год, 01 января я полетела в Кемерово, в тот край, где Вы живете. Смешно сказать, что тогда я не знала о существовании этого города.
А теперь там у меня есть коллеги, друзья. Мы проводили семинар, который так и назывался "Архетипическое путешествие, от сироты к страннику..."
Юрга всего в 110 км от Кемерово, это так близко. Так что, в этой жизни много того, что очень близко, даже если так далеко...
Дуальность можно разрешить только Третьим, как образованием нового...


Вот смотришь в зимнее окно
Воробышек сидит на ветке.
И кто-то даст ему зерно,
Свободен он, и он не в клетке.


Когда воробышек в душе
Найдет зерно, любовь и воду,
Он сам кому-то даст уже
Любовь, признание, свободу!

Ответить

Спасибо, Ирина! Да, это все именно так и должно быть. Только мне кажется, что ныне технология аналитика все же работает в "западном режиме", хотя, возможно, в пространстве СНГ все так смешалось, что эта разница не всегда имеет особого значения. Можно ли дополнить западную и восточную технологии психоанализа (восточная присутствует в реальной жизни, в самой системе воспитания, в практической педагогике)? Как это можно сделать на практике? Профессионалы, с которыми я общался, об этой стороне дела часто и не особенно задумывались. В основном приходится пользоваться своими наработками.

Ответить

Вы знаете, Атабек, на практике это можно сделать, например, провести семинар, как создать поле, где произрастет маленький росток из зернышка. И потом развивать эту группу, как Новое Пространство. Я этим и занимаюсь профессионально.
Или в индивидуальной работе сам процесс и даст родиться символическому языку, который можно использовать и в своей работе. Это Передача от Одного к Другому. Этот Проект можно обсудить. Я живу в Санкт- Петербурге, а Вы?

Ответить

В общем, понятно. Что-то похожее я и делаю. Но работаю только индивидуально. По-другому у врача и не получится. Я-врач по образованию. Специальность (мой "росток") - онкология. К потребности психоаналитической работы пришел через онкологию же много лет назад. Не от хорошей жизни. Это, конечно, анализ психосоматический. Общая идеология схожа (хотя и есть свои нюансы). Но довольно энергоемкая работа.
Живу сейчас в Калининграде. Приехал из Узбекистана (из Ташкента) в 2011 году. Хочется наладить работу онколога в психосоматическом клиническом направлении. Тут есть еще немало проблем формально-юридического толка.... А идея Ваша хороша. Но как смогу участвовать в Вашем проекте, не представляю. Вы "чистый" психолог, или тоже - "не от хорошей жизни"?

Ответить

Замечательно, я была в юности в Калининграде. Ленинград и Калининград, собратья и сестры))) Теперь я могу сказать, что мне выпал счастливый билет, когда я рискнула и перевернула свою жизнь, а Бог мне ее и показал. Я выше написала о своей подруге, которой посвятила главу в дипломе. Она умерла от онкологии. И в этот последний месяц я была с ней, а одновременно читала книгу "Умирающий пациент в психотерапии" Джой Шаверен, британского психоаналитика. Причем, ее мне дал мой руководитель, она еще была не издана, и я читала ее в черновике. И тогда мне приснился очень странный сон, смысл его я поняла чуть позже. А потом были годы учебы, путешествий, кризисов, свой анализ, встреча и с Джой в Америке.
И у меня есть Альманах, где я напечатала фотографии фигурок, которые лепила Надя перед смертью.
А доктором меня иногда называют, так как есть что-то на глубине, как "раненого целителя", о котором писал Джеймс Хиллман. Завтра годовщина его смерти и я буду на вечере, посвященном его памяти.
А проект можно начать с малого, просто собрать группу врачей, психологов, и других, и начать соединять медицинский язык, символический, архетипический. Я с радостью приеду в Калининград, если группа соберется. А это процесс, важно, что он уже начался)))
Дело в том, что психосоматическое переживание Тела, это и есть выход чувственной зоны в лакуны телесности. И их можно распознать, чтобы начать питать энергией.

Ответить

Вы, вижу, человек, легкий на подъем, Ирина. Это замечательно!
Но есть сложности. Если бы вопрос состоял лишь в том, чтобы собрать группу, то проблем бы не было никаких. К сожалению, не могу говорить об этих сложностях (не место здесь для этого). Но считайте, что когда дело дойдет до сбора группы, я обязательно буду Вас и иметь ввиду. Кстати, Питер (в моей памяти он остался Ленинградом) для меня - своего рода альма-матер (я там жил полгода, стажировался по радиологии в 1982 году). А вообще, Балтия - мечта моей далекой юности. В Кенигсберге (Калининграде) жил когда-то один из самых любимых мной философов - Иммануил Кант. Так что и я здесь оказался не совсем случайно. Видимо, что-то было в том моем "ростке". И все может статься, если удастся "разрулить" проблемы. Удачи Вам, Ирина!

Ответить

Леониду Раину - на его...
"Теперь вижу, действительно, при определенном наборе инструментария - мистики, философии, идеологии, определяющих факторов тезиса - культура, антитезиса - бескультурье, ну и соответственно их синтеза, можно сотворить из верблюда, верблюдицу, что собственно и произошло с восточной школой психологии и педагогики проистекающих из суфизма.(Как я понял из вышесказанного сверх прогрессивного метода психологии) Ну что ж, от представителя восточной культуры, тем более мужчины, было бы удивительно услышать, что-либо другое. Конечно, Юнг и Фрейд слишком примитивны к тому же теоретически, перед практическим величием восточного мужчины -отца, всего и вся. Его банальные, тщеславные и собственнические опасения в истинности своего отцовства безусловно "оправданы" положением восточной женщины - матери. Жестоко узурпируемой по всем направлениям и психологических, и религиозных, и прочих "институтов".".


Вообще-то, Леонид, Вы не дискутируете вопрос, а сходу перешли на личности. Пусть это будет на Вашей совести.
Верблюдицу из верблюда пытаются сделать те, кто лишают женщину ее женского предназначения, превращая ее в мужчину (в Вашей терминологии - из верблюдицы делают верблюда). И я не говорил, что Кант и Юнг примитивны, Вы передергиваете. Я говорил, что они подошли на более примитивном уровне, чем суифизм. Я говорил о тех подходах к психоанализу, который они использовали. Они примитивнее, чем методы суфизма. И могу это доказать - но делать это я буду только перед серьезной аудиторией, не перед Вами, для кого суфизм - только мистика. И делать буду не от имени суфизма, а от имени современной философии и психологии. В суфизме же не больше мистики, чем в экзистенциализме или других течениях Западной философии 20-21 века. О Западной философии и психологии я как раз могу судить - хотя бы потому, что знаю ее достаточно, чтобы применять в жизни и пользоваться в честных дискуссиях. И могу ее сравнивать с восточной философией и психологией - ибо внутри них вырос. А вот Ваши суждения о восточной психологии и воспитании отдают обычной ксенофобией человека, который понятия не имеет, о чем судит, лишь бы отвергнуть сходу. Вы напомнили мне одну женщину, которая ни разу не побывав в Средней Азии, убеждала меня, жителя Ташента, в том, что "на улицах Ташкента люди разъезжают на ослах и верблюдах". Верблюды, видимо, у нее и ассоциируют с Востоком, а не подлинная информация о
реальной тамошней жизни, как и у Вас. В Вашем случае - не реальная восточная психология и система воспитания мужчин и женщин, с которым ничего похожего на превращение "верблюда в верблюдицу" не произошло. Эта верблюжья идея засела в головах тех, кто даже не может помыслить, что Европейский Ренессанс был бы немыслим без Восточного ренессанса, в котором Средняя Азия занимает видное место. И именно это, похоже, злит некоторых идеологов Запада, ненавидящих Восток за его стремление сохранить основополагающие идеалы отцов и дедов ради благополучия потомков, за стремление освоить все лучшее, что есть в мировой философии, во имя будущего своих детей. Потому что такого же стремления освоить опыт Востока у этих идеологов недостает. Причина - потерять ту самую власть над миром, которую Запад добыл в войнах. Эти идеологи хорошо понимают, что единственный способ сохранить эту власть - разрушить семью. И сделать это можно лишь поощряя в женщине протест против восточного типа мужчин, а в мужчине - отказ от ответственности за семью, за детей, подсовывая так называемую "голубую культуру". Сейчас на Западе только религия удерживает сползание общества в омут бездуховности. В России же даже православие стало объектом нападок псевдокультур, насаждаемых молодежи этими идеологами. Разве Бог - это не образ Отца? Кому нужно, чтобы молодежь так оскорбляла этот образ? Вы об этом задумывались?
Про угнетение женщин восточными мужчинами Вы начитались из плохих рассказов феминисток, озабоченных только собой, а не семьей, не детьми, не своим женским предназначением, не попытками понять предназначение мужчин в семье.
Что касается слабости восточных мужчин - это просто от Вашего стремл В "Сказке о царе Салтане" А. Пушкина сюжет перекликается с мифом об Осирисе, где Исида восстанавливала разрозненные части своего мужа. Святитель Лука и имя моего деда Лукмана, который научил мою бабушку арабскому языку, и передает глубинную связь, которая переходит из разных мотивов. У другого моего деда есть иудейские корни, как вплетение еще одной реки, что позволяет мне иметь возможность внутреннего перевода в психоаналитическом пространстве уже 3-х Рек. Так как в этом сообществе религиозные темы не приветствуются, то обсуждения, где я уже предлагала ценный материал, переходили именно ту границу, которая и Вам не понравилась. Есть переживание, которое усиливает еще одно переживание, а это в интернете невозможно почувствовать. В книге Карла Юнга "Душа и миф. Шесть архетипов" есть ссылка на 18 суру Корана, где говорится о Мусе. Смысл этой притчи в том, что Муса не мог утерпеть тогда, когда действия Учителя шли вразрез его представлений, которые он воспринимал буквально. И когда Учитель перевел свои действия иносказательно, то они стали иметь совсем другой смысл. Я в своем блоге разместила статью Майкла Адамса, близкого мне человека, психолога, друга, который живет в Нью-Йорке. В 2010 году он приезжал на юнгианскую конференцию, где мы нашли много общего в наших Реках. Жена у него индианка, и есть приемные дети. И мне кажется, что Вам этот материал очень поможет и в работе, и в новых открытиях. И для некоторых людей очень важно узнать эту свою Реку, и как она вливается в другие, но и что в нее вливается.
Сама Ваша метафора "В Семье нет Главного" - настолько многозначна по толкованию, что, например, можно и задать следующий вопрос; "А чего нет главного в Семье? А что главное в конкретной Семье? Что есть такого в Семье, что это Главное только и соединяет этих Людей?
Да, в романе Тургенева "Отцы и дети" очень важные темы, где и пересекаются дороги разных семей, с их укладом, основами, традициями и историей.


Вспомним миф о Кентавре;
Хирон был рожден кентавром – с головой человека и телом коня, поскольку он был зачат, когда его отец, один из богов, в обличии коня изнасиловал смертную нимфу. Он, стало быть, был полуконем, получеловеком, полусмертным, полубессмертным. Брошенный и отвергнутый с рождения, он был усыновлен солнечным богом Аполлоном, который растил его и учил всему, что знал сам. Хирон стал мудрым и уважаемым учителем и прославился острым разумом и многочисленными умениями. Он был учителем некоторых из величайших греческих героев, включая Геракла.


Хотя Хирон был цивилизованным и культурным, этого нельзя сказать про других кентавров, про которых было известно, что выпив вина, они становятся неудержимо агрессивными. Однажды на свадебном пиру вспыхнула драка между группой разбушевавшихся пьяных кентавров и остальными гостями. Геракл, который был в числе гостей, выпустил в кентавров отравленную стрелу, чтобы усмирить их. Случилось так, что Хирон стоял среди кентавров, и стрела попала в его колено. Поскольку Хирон был наполовину бессмертным, стрела не убила его, но нанесла неисцелимую болезненную рану.


Если первая половина жизни Хирона принесла ему успех и признание среди греческих царей и героев, то вторую он провел отшельником, поскольку он удалился в горы, чтобы заботиться о ране, и отчаянно искал средства облегчить свои страдания. Этот поиск должен был продолжаться до конца его жизни. Хотя он не мог найти средства исцелить себя, он узнал все о целительных травах и обрел сочувствие к страданиям других. Теперь его посещали не богатые и могущественные, а слепые, хромые и прочие страждущие, и он принимал их и успокаивал. Они называли его «раненый целитель» и удивлялись, почему он не может исцелить себя сам.


Однажды вернулся Геракл и принес новости: если Хирон добровольно пожертвует своим бессмертием для Прометея, который был наказан за то, что высмеивал богов, он освободится от страдания. Хирон согласился, умер и сошел в подземный мир. Девять дней и ночей оставался он во тьме смерти. Затем Зевс, признав щедрость этой жертвы, пожалел Хирона и вернул ему бессмертие, подняв его на небеса и превратив в созвездие.


Поведение Хирона в этом мифе определяется двумя радикально различными позициями. Первая - «героическая позиция», проявляется в успехе и борьбе начала истории. Поворотным моментом, когда эта позиция меняется на другую, становится тот, когда Хирон отдает свое бессмертие, меняясь с Прометеем. Здесь его действия идут уже из другой позиции, «нисходящего пути».
Эта поворотная точка отмечает Переход из одной сферы в другую, от верха к низу, от Известного к Неизвестному.

Ответить

А вы так и не поняли ни Мифа, ни то, что я говорил: " Кентавр - это аллегория в греческой культуре, которая олицетворяет Личность, как полузверя, получеловека". Вы говорите, что кентавры напивались и были странными и очень агрессивными.
Но люди, которые себя называют Человеками разве иные бывают, когда вкусят алкоголя? Чем мы отличаемся от кентавров?
В Новом завете много отличных фраз, которые отображаеют истинное положение вещей. " Не страшен тот Зверь, который съел человека и стал Человеком. Страшнее тот человек, который съел зверя и стал зверем" Иисус. Не толи самое сделал Хирон, вкусив учения Апполона? Когда фарисеи обвиняли Иисуса, что он называет себя не по праву, что он сын Божий, то он ответил просто, и без обид: " А не в ваших ли книгах написано, что ВЫ - есть Боги". Одно дело жить полумертвецом, как зомби, о которых сейчас много фильмов, что отображает взгляд людей на общество, и другое дело стремится стать единым с другой половинкой, когда и слова и поступки становятся уже не нужными, ибо не несут ничего Нового на этом уровне сознания. Но мы ведь любим отвергать всё Новое, чтобы жить в Прошлом. Ведь все ваши науки и тому чему учитесь уже далёкое прошлое, остановившееся на месте, ибо ВСЁ в Мире движется, а не стоит на одном месте.

Я и написала, что Путь от Известного к Неизвестному, как и Ваш ответ, который и Вам дает возможность проявиться. Хотя я и не вижу Вашего лица. Даже в такой "малости" мы уже отличаемся))).
Вы тоже рождены Матерью и Отцом, и это факт рождения. А дальше продолжается уже Ваша история жизни, которая пересеклась сегодня 28 октября 2012 года в 10:18 с моей, когда Вы ответили. Спасибо Вам.

Ответить

Не знаю, что происходит с моим компьютером. Постоянно зависает что-то. Но я не об этом....
Спасибо, Ирина за Ваше послание. Я писал ответ Леониду. Но все равно спасибо за то, что сочли высказаться по этому поводу. Вас, как мне кажется, хорошо понимаю, а теперь многое еще больше прояснилось. Мне также очень понравилось как Вы обсуждаете вопрос с Алексеем Игнатовым. По-моему, очень удачен его образ "кентравров", которые должны объединиться в заботе о семье, о детях. Его поймет, наверное, представитель любой культуры. Но в острых жизненных ситуациях между мужчиной и женщиной оказывается столько стороннего, что "кентаврам" слиться в одного человека не дает. "Кентавры" оказываются часто слабее обстоятельств даже зная, что они кентавры и предназначены друг для друга. Этот образ лишь возвращает нас к началу. Но придаст ли такое возврашение кентаврам сил? - вот в чем вопрос в каждом отдельном случае. Ответ на него зависит от нашего умения выйти на тот конкретный культурный пласт в котором конкретная личность развивается. На самом деле здесь уже идет процесс взаимодействия культур, на почве которых претерпели свое становление личности психоаналитика и пациента(ов). Тут многое уже изменяется....

Ваши слова: "Кентавры" оказываются часто слабее обстоятельств даже зная, что они кентавры и предназначены друг для друга. Этот образ лишь возвращает нас к началу. Но придаст ли такое возврашение кентаврам сил? "


Если еще раз вернуться в начало, то:
Хирон был рожден кентавром – с головой человека и телом коня, поскольку он был зачат, когда его отец, один из богов, в обличии коня изнасиловал смертную Нимфу. Он, стало быть, был полуконем, получеловеком, полусмертным, полубессмертным. Брошенный и отвергнутый с рождения, он был усыновлен солнечным богом Аполлоном, который растил его и учил всему, что знал сам. "
Этот миф очень близок к мифу о Нарциссе, где Кефисс изнасиловал Лириопу, мать Нарцисса... И тогда, в этой последовательности, патриархальная модель превосходит, где и сын не может услышать Эхо.


Героическая позиция и медицинская модель


Ранние годы Хирона, сначала старательного ученика своего отчима и ментора Аполлона, а затем учителя сыновей греческих царей, показывают, что он явно идентифицировался со своей героической позицией. Это та героическая позиция, которая лежит в основе научной западной системы здравоохранения и обозначается как «медицинская модель».


Медицинская модель утверждает, что (все) болезни тела и психики имеют (если хорошо поискать) глубинную причину; если найти эту причину (диагноз) и устранить, обратить, заместить или обойти ее (лечение), человек вернется к прежнему status quo (исцеление). Очевидно, что медицинская модель хороша и действенна. Уже найдены лекарства от многих болезней, и их число растет. Увеличилась продолжительность жизни, и улучшилось качество жизни бесконечного количества больных.


Где медицинская модель и героическая позиция, ее определяющая, попадают впросак, так это при столкновении с неразрешимыми проблемами.


В мифе о Хироне это происходит, когда Хирон получает рану отравленной стрелой из лука одного из своих любимых учеников – ирония заключается в том, что Геракл и сам служит воплощением героического принципа. Рана эта не только болезненна, но и неисцелима. Аналогичная ситуация наступает в западном здравоохранении, когда болезнь пациента диагностируется как смертельная.
У каждого из нас неизбежно наступает такой момент. Неважно, как это происходит и каков наш уникальный способ реагировать на это, но однажды все мы, как и Хирон, обнаруживаем, что смертельно ранены.


Непосредственная реакция Хирона на рану отражается снова и снова в наших реакциях, как пациентов или профессионалов. Когда проходит первоначальный шок, начинается неустанный поиск лекарства и борьба за то, чтобы вырваться из тюрьмы страдания. Установки, определяющие героическую позицию, глубоко укоренены в нашей психике, и каждый из нас неоднократно подкреплял их, преодолевая очередной жизненный кризис.
Мы полагаем, что речь идет о том, чтобы еще усерднее искать необходимое средство, но такой отклик порождает эмоциональную боль, которая характеризуется чувством фрустрации и бессилия, и нарастающим страхом того, что принесет будущее. Эти чувства усугубляются раненой гордостью и неверием в то, что выход или лекарство просто не может быть найдено, несмотря на все мужество, ум и усердие ищущего.


Сдвиг парадигмы: нисходящий путь


Что тогда? – умереть опустошенным, как пойманная птица, бьющаяся о стекло?
Психоанализ строится на мифологическом мышлении. Это тоже делает его объектом нездоровых интересов. Им спекулируют. А формальное его применение даже опасно. Это - тонкий инструмент. А самого добросовестного психоаналитика можно сравнить со Сталкером Тарковского. Но в вопросе о том, чтобы "освободить пространство, убрать лишнее" Сталкер не поможет, хотя может предложить это сделать в подходящее время и в подходящем месте. «Лишними» чаще оказываются парадигмы, заслоняющие свет из будущего. Вы правы, Ирина: "Установки, определяющие героическую позицию, глубоко укоренены в нашей психике, и каждый из нас неоднократно подкреплял их, преодолевая очередной жизненный кризис. Мы полагаем, что речь идет о том, чтобы еще усерднее искать необходимое средство, но такой отклик порождает эмоциональную боль, которая характеризуется чувством фрустрации и бессилия, и нарастающим страхом того, что принесет будущее. Эти чувства усугубляются раненой гордостью и неверием в то, что выход или лекарство просто не может быть найдено, несмотря на все мужество, ум и усердие ищущего". Этот «героизм» сквозит в научных тезисах медицины, например, в теории "иммунного надзора", на которую до сих пор молятся онкоиммунологи. Уже давно видно, что главная функция иммунитета - не убийство "клеток-перерожденцев", а как раз воспитание "клеточной молодежи" в духе "организмического патриотизма". А убивают они не только «перерожденцев», но и «своих». Недавно я присутствовал на одной конференции, где один профессор, выступая перед обществом онкопациентов, как раз упирал на эту самую «героику», напоминая «бодрячков» моей комсомольской юности. «Надо верить, верить, верить» - весь смысл его понимания психосоматических проблем онкологии. Устраивать перед пациентами дискуссию с ним я не стал.
На примере онкологических больных я вижу картину "упёртого героизма" более 30 лет, еще со студенческой скамьи. Совершенно верно, Ирина: "Большинство из нас осознают свои парадигмы лишь тогда, когда переходят от одной парадигмы к другой – именно тогда мы можем на время осознать, что по-иному рассматриваем привычную реальность и откликаемся на нее". Если бы мы знали о том, как можно научить человека сознавать свои парадигмы, да еще так, чтобы в результате он вышел на такие новые парадигмы, которые дали бы ему силы перебороть текущий недуг духа и тела, то медицина и здравоохранение были бы другими. "Нисходящий путь" был бы доступен каждому. Но Сталкер не может решить эту проблему пациента, так как он всего лишь проводник в Зону. Он не может побывать в заветной Комнате (войти в новую парадигму) за пациента. Я знаю лишь несколько случаев, когда онкопациенты открыл свою Комнату, впустил туда новую парадигму, освободил старую. Для остальных фрустрации, бессилие, нарастающий страх перед будущим и чувство обреченности становились закономерным финалом. Даже если у Сталкера будет подходящая новая парадигма и найдется нужное слово, способное запустить в организме пациента сложный каскад соматических реакций, шаг за шагом ведущих к обновлению жизни в организме, это еще ничего не значит. Потому что дверь в эту Комнату открывается изнутри. В отличие от героев фильма Тарковсокого наши герои - психоаналитик и пациент находятся по разные стороны от этой двери. Причем личность пациент уже изначально находится в этой Комнате (теле, организме). Отличие принципиальное. А надежда только на то, что пациент услышит Сталкера, поймет его, хочет слышать и понимать, может слышать и понимать. Вот, что я вижу за упомянутым

Представьте, человек принимает непростое решение – начать свой собственный бизнес, или расширить имеющийся. Он взвесил все «за» и «против», оценил риски и увидел, насколько труден будет путь. Тем не менее, он решает начать его. Причем, без поддержки влиятельных лиц, не имея солидного стартового капитала. Рискованно. Но какая сила направляет его, отсекая многие сомнения? Вы скажете – смелость, нежелание работать «на кого-то», стечение обстоятельств, хорошее образование и «деловая хватка», или самоуверенность. Все так, но это лежит на поверхности. Давайте заглянем глубже, чтобы увидеть в данном решении проявление архетипических сил. В данном случае, это сила архетипа Творца и архетипа Матери.

Архетип Творца – источник мощнейшей мужской силы. Это сила стремится активно и целенаправленно преобразовать окружающую действительность, совершенствовать, видоизменять, оплодотворять.

Человек, ведомый мужскою архетипической силою, не может сидеть на месте, ему необходимо постоянно что-то делать, творить, создавать новое. Он преодолевает все препятствия, даже такие существенные как собственные инерционность и лень, а также нехватку основных ресурсов. Человек (неважно, мужчина он, или женщина) в котором ярко и позитивно представлен архетип Творца, является генератором всевозможных идей. Он просто фонтанирует ими. Причем, независимо от предмета. Где бы он ни оказался, что бы он ни увидел, у него в голове быстро возникают идеи, как это можно улучшить, усовершенствовать. Для него нет трудных задач – он всегда увидит несколько вариантов решений. Вы скажете, это талант, дар Божий. Не спорю. Однако данный талант «работает» на «топливе» архетипа Творца.

Назовем человека, в котором ярко представлен архетип Творца, Носителем Семени (мужского принципа). Но для того, чтобы семя проросло, оно должно попасть в землю (женский принцип). Бизнес будет успешным, если его создатель гармонично использует не только силу архетипа Творца, но и силу архетипа Матери. Мало сформулировать идею (работа архетипа Творца), ее нужно «довести до ума» (работа архетипа Матери).

Архетип Матери – источник невероятной женской силы. Назначение этой силы – внутренние преобразования, изменение качества жизни, качества взаимоотношений. Женская сила несет в себе уникальные иррациональные переживания Любви и удовлетворенности. Она создает условия, смягчает воздействия, питает и умиротворяет.

Архетип Матери разворачивает женскую энергию в созидающее, преобразующее русло. Действие этого архетипа связано с созданием чего-то нового, с рождением, возрождением, восстановлением «из пепла», изменением качества жизни. Благодаря действию этого архетипа мы, мужчины и женщины, РОЖАЕМ. Если не реального ребенка, то символического. Символический ребенок — это новый проект, новый план, бизнес, творческое откровение. Причем, в случае символических «детей», все мы сталкиваемся с библейским «непорочным зачатием». Наши мысли и чувства как будто бы «оплодотворяются Святым духом» и возникает новый проект. На этом действие архетипа Матери не заканчивается. Чтобы идея реализовалась, нужно ее удержать, выносить, трансформировать, «родить» в материальный мир, и социально адаптировать. Все это — компетенции архетипа Матери.

Вы можете сейчас взглянуть на свою жизнь, чтобы посмотреть, насколько вы «плодовиты». Я имею в виду ваши реализованные проекты, планы, идеи. Архетип Творца дает нам идею, но реализовать ее помогает архетип Матери.

В архетипе Матери заложена определенная последовательность реализации идеи. Всего можно выделить семь циклов архетипа Матери.

1. Цикл первый – «символический отбор».

В первую очередь, нужно отобрать наиболее жизнеспособную идею из всего спектра идей, «нагенерированных» в «мастерских» архетипа Творца. В природе не каждый сперматозоид способен оплодотворить яйцеклетку. Побеждает тот, кто прошел символический «фильтр». Кто его поставил? В данном случае, мы можем сказать – архетип Матери, ответственный за «качество» (жизнеспособность) потомства. В первом цикле стоит задача отобрать лучшее. Но для этого нужно знать, какие всходы могут давать разнообразные семена. Помните, в женских сказках мачеха перемешивает пшеницу, просо, горох, мак и другие семена, и требует, чтобы падчерица разобрала их по отдельным кучкам, отдельным мешкам. В процессе такого «перебора семян» падчерица также убирает и случайно попавший в мешок мусор – порченые семена, камешки, лишние травинки. То же и в бизнесе – мы отбираем идеи для развития, оцениваем риски. Четкий фильтр архетипа Матери помогает нам освободиться от «скороспелых» и вредных идей, и отобрать действительно жизнеспособное.

2. Цикл второй — «символическое оплодотворение».

Лучшее семя осталось, и ему позволено проникнуть в голову, душу, кошелек и… оплодотворить. В результате символического оплодотворения возникает удивительное ощущение «ВОТ ОНО!» Состояние «вот оно!» – и есть «непорочное зачатие», зародыш нового. Второй цикл дает нам иррациональное ощущение уверенности в том, что мы движемся в правильном направлении. «Я знаю, ЧТО надо делать, — говорим мы себе. – Я еще пока не знаю, КАК это делать, но знаю – ЧТО». Здесь идея превращается в ЗАМЫСЕЛ, появляется энтузиазм, воодушевленность, вдохновленность задуманным. Нас охватывает сильное желание действовать, меняться, достигать своей цели.

3. Третий цикл – «символическое удержание».

Замысел хорош, но уязвим. На него действует множество сил и обстоятельств. Сомнения, отсутствие условий и ресурсов могут заставить нас отложить реализацию замысла на неопределенный срок. Некоторые мысли, чувства, обстоятельства могут даже погубить замысел. Этого допустить никак нельзя! Замысел нужно удержать, усилить, принять, полюбить. Да, не все условия благоприятны, да быстро, как хотелось бы, может и не получится. Но – всему свой срок. Чтобы были плоды, чтобы бизнес развивался необходимо научиться удерживать красивый замысел, не отказываться от него из-за «трезвого взгляда на обстоятельства».

4. Четвертый цикл – «символическое вынашивание».

Вынашивание плода напрямую связано с наличием благоприятной питательной среды. Чтобы выносить ребенка женщине требуется защита, вера, здоровье. Также и каждому из нас, чтобы реализовать задуманное, требуется питательная среда. Способность создавать ее также «записана» в архетипе Матери. В этом цикле мы активно и целенаправленно создаем условия для осуществления задуманного. Создаем план действий, привлекаем ресурсы, распределяем зоны ответственности среди исполнителей. Кроме того, автор замысла «питает» всех его участников особой эмоциональной энергией веры в победу, в положительный результат проекта.

5. Пятый цикл — «символическое рождение».

С этим циклом связан результат нашей деятельности, а также наша способность доводить дело до конца, то есть символически рожать. Для многих людей это естественно. Но у некоторых имеется «сбой» в этом цикле. Он может проявляться даже в мелочах. Например, человек задумал приобрести автомобиль (оплодотворился этой идеей), собрал информацию о различных марках, смог ее отфильтровать и остановился на определенной модели, удержал свой замысел, хотя друзья и мешали; он даже символически выносил его (то есть набрал необходимую сумму денег, несмотря на множество помех и соблазнов). Теперь осталось просто пойти и купить автомобиль, уже и срок назначен. И в этот самый момент у человека вдруг появляется страх, сомнения, другие идеи. Под их влиянием он отменяет поход в автосалон, деньги пускает на другие нужды, а сам продолжает ходить пешком. Возможно, это и полезнее для здоровья, однако этот человек не реализовал свой замысел. По одной простой причине – страхе перед «символическими родами». Справедливости ради стоит сказать, что некоторые беременные женщины также боятся родов. Но женщина не может не родить. Что касается новой человеческой жизни, архетип Матери не дает сбоев. Но в отношении наших замыслов в бизнесе «сбои» случаются. Как их преодолевать? Только через действие! Идти и делать! Что бы ни происходило – необходимо доводить задуманное до конца. Желательно в срок, ибо «переношенные» дети — не самое здоровое явление.

6. Шестой цикл – «символическое сопровождение».

Итак, рождение состоялось. Казалось бы, здесь и есть финал действия архетипа Матери. Но это не так. За рождением следует символическое сопровождение. То есть воспитание, обучение необходимым навыкам, обучение самостоятельности. Самки животных отпускают своих детенышей в «большую жизнь» только после того, как обучат их всему необходимому. Такие понятия как «авторское сопровождение проекта», «техническое обеспечение и сопровождение» относятся к шестому циклу архетипа Матери. Могут ли быть «сбои» здесь? Конечно! Они называются «синдромом подкидыша». Например, бизнес-тренер выпустил группу и забыл про ее участников. Используют ли они новые знания в своей работе – ему не интересно. Ведь его дело – обучить, передать знания, то есть «символически родить». Однако для того чтобы новые знания действительно работали на практике, необходимо посттренинговое сопровождение. Чтобы участники тренинга не чувствовали себя «подкидышами». Иногда человек думает: «Вот создам новый бизнес, поставлю его на ноги, передам управляющему, а сам буду спокойно наслаждаться жизнью». Это прекрасный план, если держать в голове шестой цикл архетипа Матери. После передачи бизнеса управляющему, необходимо запастись терпением и тонко сопровождать свое «детище», выстраивая деликатные отношения с наемным руководителем. «Синдром подкидыша» проявляется в нашем нетерпении, в желании, чтобы «все работало само». Мудрая мать не станет требовать от своего новорожденного ребенка знания грамоты и самостоятельности. Так же и с тем, что мы порождаем — еще некоторое время оно нуждается в нашем терпеливом сопровождении.

7. Седьмой цикл – «символическое отпускание», благословение.

Добрая сказочная матушка (или батюшка) благословляет своего сына в путь и на прощание дает ему горсть родной земли. Она понимает, что у сына своя дорога, она принимает его автономность, но с другой стороны, знает, что духовная связь между ними никогда не порвется. Благодаря этой связи она сможет молиться за него, и, возможно, именно это убережет его от лишних трудностей и невзгод. Это естественное завершение цикла действия архетипа Матери. Но и в финале происходят «сбои». Всем известные «симбиотические связи», желания контролировать жизнь взрослого ребенка, излишняя привязанность к результатам своей деятельности, и многое другое. В архетипе Матери «записана» способность ОТПУСКАТЬ БЛАГОСЛАВЛЯЯ, сохраняя тонкую связь. Так, мудрый владелец бизнеса, убедившись в компетентности и надежности своего наемного управляющего, дает ему возможность руководить и нести полную ответственность за результат.

Итак, каким бы делом мы ни занимались, архетипы Творца и Матери формируют сюжет событий: появляются новые идеи, мы их «фильтруем», отбираем лучшие, вдохновляемся ими и начинаем с энтузиазмом работать; приходим к результату, поддерживаем свой проект до полной самостоятельности, «отпускаем» его, чтобы подготовиться к новому жизненному этапу. Такая последовательность событий предусмотрена самой Природой. Когда в бизнесмене активно представлен лишь архетип Творца, он будет неиссякаемым источником идей. Поэтому ему необходимо набрать такую команду, которая обеспечит реализацию его идей на основе архетипа Матери. Но если реализация проекта дает «сбои», нужно внимательно проанализировать, к какому циклу архетипа Матери относится нарушение.

Так сочетаются и объединяются в бизнесе принципы мужского и женского. Наша задача знать эти законы и тонко использовать их, чтобы наше дело динамично развивалось.

http://www.cka3ka-miks.com/o-metode-kompleksnoj-skazkoterapii/nekotoryie-stati.html

2. В современном обществе реклама оказывает сильнейшее влияние на массовое сознание. Реклама воздействует на желания, вкусы, разум, чувства потребителей, убеждает потенциальных покупателей в пользе товара и побуждает купить его. Специалисты в области рекламы постоянно используют различные приемы создания позиционирования бренда, которые помогают понять образ мышления потребителей, факторы мотивации и оценить окружающую ситуацию. На основе психологических теорий и знаний в рекламе сформировалось множество путей и способов влияния на потребительские решения. Один из них - возможность воздействовать на потребителя через символы, воспринимаемые на подсознании - архетипы. Для лучшего понимания силы влияния образов в рекламе рассмотрим понятие «архетип». Термин Архетип введен в психологию Карлом Юнгом и в его определении звучит так: «Архетип (от греч. arche - начало, typos - образ) - изначальные, врожденные психические структуры, составляющие содержание коллективного бессознательного и лежащие в основе общечеловеческой символики фантазий».

3. Однако в реальности мы сталкиваемся также и с устойчивыми стереотипами, образованными влиянием на человека окружающей среды, которое особенно сильно сказывается в первые годы его жизни. Поэтому при рассмотрении отдельного человека мы обнаружим у него несколько «слоев» архетипов:

1. Родовые (или «генетические», как раз те, определение которым давал Юнг).

2. Культурные (общие у людей, выросших в одинаковых культурных условиях).

3. Личные (определяемые семьей и ближним окружением индивидуума).

Архетипы как таковые недоступны непосредственному наблюдателю и раскрываются лишь через их проекцию на внешние объекты, что проявляется в виде архетипических образов, которые, в свою очередь, являются основой мифов, верований, сновидений, произведений искусства. Архетипы, неся в себе эмоциональную энергию, чрезвычайно сильно влияют на человека, захватывая и удерживая его внимание. Именно поэтому при создании рекламы используются архетипические образы, предложенные Юнгом.

Разработка новых видов архетипов волновала многих ученых. Так, например,Маргарет Марк и Кэрол Пирсон выделили 12 мужских архетипов: Творец, Заботливый, Правитель, Шут, Славный малый, Любовник, Герой, Бунтарь, Маг, Простодушный, Искатель, Мудрец. Эти архетипы используются в рекламе парфюмерии, автомобилей, в политической и социальной рекламе. Они достаточно хорошо изучены и рекламисты ими активно пользуются. Но интересующий нас в данной работе архетип отца изучен менее подробно. Биологическое отцовство и архетип отца не связаны между собой. В теории архетипов отец рассматривается как человек, имеющий особое влияние над другими людьми. На уровне бессознательного отец - лидер, человек, который знает, как будет лучше. Архетип отца имеет множество имен: руководитель, король, вождь, капитан, генерал, президент. Все они, по большому счету, несут отцовскую ответственность за тех, кто им подчиняется. Именно поэтому капитан не покидает тонущий корабль, именно поэтому Трумэн сказал: «Вся ответственность лежит на мне», и поэтому президент США, как отец страны, владеет красным телефоном и несет моральную ответственность за объявление войны, отправляя туда сыновей и дочерей. Архетипу Отца свойственны зрелый возраст, физическое здоровье. В поведенческом плане для Отца главное направлять, распределять по справедливости, вести за собой к Великой Цели. Отец всегда спокоен, уверен в себе и в своих действиях. Архетип Отца олицетворяет волю к победе. Строгий Отец, сдерживаемый любящей Матерью, был и до сих пор остается воспринимаемым буквально сторонниками традиционных взглядов; их рассуждения внушают мысль, что все должно быть прекрасно в Царстве Божием, если отцы будут выполнять роль патриархального авторитета, а матери - заниматься воспитанием.

Сам родоначальник архетипеческой теории К.Г. Юнг считал, что Зевс, Посейдон и Гадес, составляющие первое поколение богов-олимпийцев мужского пола, отражают три аспекта архетипа отца. Они разделили мир между собой, и каждый был полновластным хозяином своего царства. Зевс был главным богом и управлял всем.

Согласно мифам, характер Зевса как Небесного Отца со временем изменялся. Вначале это был отец, видящий в ребенке угрозу. Он проглотил Метиду, чтобы предотвратить рождение сына из страха, что тот его свергнет. Впоследствии Зевс стал отцом многих детей - как олимпийцев, так и менее значительных божеств и полубогов. Он был отстраненным отцом, поддерживал одних своих детей, отвергал других и часто защищал издалека и тех, и других. Следующее изменение в характере Зевса отражено в его отношении к Дионису, младшему из олимпийских богов, которого Зевс даже сам выносил в своем бедре.

Мифология небесных богов (Уран, Кронос, Зевс) отражает изменения в архетипе отца. Это явление имеет также библейские параллели: ветхозаветный Бог ревнив и мстителен, но затем Он трансформировался в любящего и всепрощающего Бога Нового Завета.

Архетип отца изменяется, и по мере того, как эти изменения затрагивают все больше мужчин, в культуре постепенно утверждается новый архетип. Начиная с последней трети XX века многие мужчины стали присутствовать во время родов своих жен, и с каждым годом таких отцов становится все больше. Обычно эти мужчины с самого начала ощущают тесную связь со своими малышами и нередко ведут себя очень заботливо по отношению к ним - в отличие от эмоционально отстраненных и недоступных Небесных Отцов. В этой тенденции отражается эволюция Зевса от отстраненного небесного бога к заботливому отцу, превратившему собственное бедро в лоно для сына. Поступив так, Небесный Отец Зевс приобрел земные черты, - то же ныне происходит с современными мужчинами. И некоторые мужчины превращаются в Земных Отцов полностью.